Тэйн отвечает молниеносно: пламя вырывается из его ладоней. Он разбивает летящий камень прямо в воздухе, разметая его в пыль. Но огонь не стихает, а разгорается ещё сильнее, волной жара скользя по моей коже.
Инстинкт берёт верх.
Я вырываю влагу из воздуха, формируя бурлящий поток воды, который сталкивается с пламенем. Между нами взрывается облако пара — ослепляющее, горячее, шипящее. Я ничего не вижу, но меня уже несёт вперёд, так, что остановиться невозможно.
Я врезаюсь в Тэйна.
Мы падаем на землю с глухим ударом, воздух вырывается из лёгких. Прежде чем я успеваю понять, что происходит, нас уже несёт в перекатах: спутанные руки, сбитое дыхание, тела сталкиваются.
Мы боремся за контроль. За воздух. За власть… друг над другом.
А может, и за что-то совсем иное.
Он приходит в себя первым и уверенным, выверенным движением переворачивает нас, прижимая мои запястья к земле. Его тело нависает надо мной горячее, напряжённое, пропитанное силой и сдержанностью.
Дыхание рвётся из него неровно, грудь тяжело поднимается и опускается. Всё в нём — сплошное напряжение, жар и едва удерживаемая власть.
Сердце грохочет в груди, и я не понимаю от схватки это или от чего-то большего.
Его взгляд, серо-дымчатый, с золотыми искрами, настолько пронзителен, что я почти теряю дыхание.
Почти.
Я дёргаюсь, пытаясь вырваться, но он даже не шелохнётся.
— Ты слишком предсказуема, — говорит он хриплым, низким голосом, в котором слышится что-то непонятное. — Слишком полагаешься на магию. Без неё теряешь уверенность.
— Я Духорождённая, — отрезаю я. — Разумеется, я ею пользуюсь.
— А если магии не хватит? — тихо произносит он. — Она не бесконечна. Всё, что внутри тебя, имеет предел. Что останется, когда она иссякнет?
Он наклоняется чуть ближе, и его голос становится шёпотом, хриплым от жара и пара.
— Сражайся всем, что есть. Не только тем, что проще.
Я сверлю его взглядом, злость вспыхивает сильнее, чем пламя, которым мы только что бросались друг в друга.
— Тогда отпусти, — шиплю я. — Посмотрим, как я «теряю уверенность».
Он замирает. Между нами клубится пар — густой, плотный, натянутый, как струна. А потом отпускает. Встаёт плавно, одним отточенным движением. Спокойный, собранный, как будто только что не прижимал меня к земле.
Я поднимаюсь. Внутри всё горит, остро, нестерпимо, и не от схватки. Мне всё равно, что было вчера: поцелуй с Киераном, отказ, взгляд Тэйна, или его холодное равнодушие.
Сейчас я хочу только одного — стереть с его лица это грёбаное безразличие. Я устала от его хладнокровия, от стены, за которой он прячется, от того, как делает вид, будто я ничего не значу.
Я бросаюсь на него. Без колебаний. Без мыслей. Только ярость.
Теперь ритм задаю я. Резкий выпад, обманное движение, удар в рёбра. Он успевает блокировать, но я уже поворачиваюсь, уходя в низкий разворот, пытаясь выбить ему ноги. Он делает шаг назад. В глазах на миг вспыхивает удивление и тут же исчезает, спрятанное за привычной холодной маской.
Я бросаю кулак ему в лицо — Тэйн ловит его, остановив в нескольких сантиметрах от носа. Наши взгляды встречаются.
— Ты снова даёшь волю эмоциям, — произносит он ровно, почти без выражения. — Опять.
Его голос спокоен, отстранён, как будто я для него просто ученица. Как будто всё, что было между нами — каждый взгляд, каждое прикосновение — ничего не значило.
Я рычу и врезаюсь в него, предплечьем прижимаясь к горлу, заставляя отступить. Потом резко опускаюсь и выбиваю ногу. Он успевает отпрыгнуть, но едва.
И на короткий миг его самоконтроль даёт трещину. Пламя вспыхивает между нами, но я готова.