— Каждый раз мурашки, — тихо говорит Тэйла.
— И у меня, — соглашается Дариус.
Я просто смотрю в пустое небо и чувствую, как под кожей откликается нечто глубже. Не страх. И даже не благоговение. Что-то другое. Что-то, слишком похожее на тоску.
— Не надоедает, правда? — тихо говорит Тэйла, не отводя взгляда от неба. — Я бы могла смотреть на драконов целыми днями, — в её голосе звучит мягкость, почти почтение.
— Да, — соглашается Дариус. — До сих пор помню, как впервые увидел одного. Сердце чуть не вырвалось из груди.
— Моё, кажется, вырвалось, — бормочет Фенрик. — Или перестало биться. Одно из двух.
Лира наклоняется вперёд, опираясь локтями на колени.
— Дело не только в драконах, — говорит она. — А в том, как они двигаются вместе со своими всадниками. Будто делят одно дыхание.
Я медленно киваю, всё ещё глядя вдаль.
— Они не просто летают. Они принадлежат небу.
— Надеюсь, меня тоже когда-нибудь выберет дракон, — тихо говорит Тэйла, словно боится, что ветер унесёт слова. Она всё ещё смотрит туда, где исчезли за облаками драконы.
— И я, — добавляет Дариус.
— Я тоже, — вторит Фенрик.
— О, конечно, — откликается Лира.
И, прежде чем осознаю, я повторяю за ними:
— И я.
Потому что это правда. Быть связанным с драконом… почувствовать эту древнюю, нерушимую связь. Лететь рядом с существом, рождённым из самих стихий. Быть избранной.
Это не просто сила. Это предназначение. Дом. Судьба.
— Что это был за жест у Тэйна, перед тем как они взлетели? — спрашиваю я, всё ещё глядя на небо. — Какой-то знак?
Фенрик, устроившись у Дариуса на коленях, поднимает взгляд, и в его глазах вновь вспыхивает знакомая искорка озорства.
— Только попробуй, — я сразу прищуриваюсь.
Он улыбается, как кот, что вот-вот поймает мышь.
— А, тот? — протягивает он с невинным видом. — Это был жест «держись покрепче». Думаю, он приберегает его для особенных поездок. На драконах и не только.
Лира издаёт сдавленный смешок, Тэйла заливается смехом, а Дариус лишь закатывает глаза, будто подобное случается слишком часто.
Я заливаюсь краской до корней волос. Конечно, я прекрасно понимаю, на что он намекает.
— Фенрик!
Он лишь пожимает плечами, совершенно невинно.
— Что? Я всего лишь анализирую древние методы общения Огненного Клана. Почти академическое исследование.
— Ты просто ужасен, — говорю, качая головой, но смех всё равно вырывается.
— Я — национальное достояние, солнышко, — он довольно улыбается.