Снова поднялось замешательство.
— Как?
— Вот так.
Я ждала дальнейших объяснений. Они не последовали.
— Пожалуйста, объясни.
Уголок его губ приподнялся.
— Тебе не нужно становиться той, кем ты не являешься.
Мышцы на спине напряглись.
— Я ничего такого не делаю.
— Ты ведешь себя дружелюбно, понимающе и замкнуто. Даже вежливо.
Он перечислял то, что большинство сочло бы чертами характера, достойными восхищения.
— Это не притворство.
— Я и не предполагал, что это так.
Я нахмурилась.
— Тогда что именно вы предлагаете, Ваше Высочество? Потому что я в замешательстве относительно того, почему вы теперь требуете, чтобы я была… какой? Больше спорила? Была безрассудной?
— Как я уже говорил тебе раньше, мне очень понравилась более… дерзкая сторона твоей натуры.
Внешне я такой и была. Однако внутри я дрожала.
— Но это?
Он опустил руку на поверхность своего стола.
— Тебя так воспитали, не так ли?
Я втянула в себя воздух.
— Податливой. Покорной. Тихой.
Он сделал паузу.
— Пустой.
Острый вихрь мурашек прокатился по моему затылку, когда мои глаза встретились с его по— прежнему напряженным и… ищущим взглядом. Я вцепилась в подлокотники.
— Ты пытаешься прочитать мои эмоции.
— Да, — подтвердил он без малейшего намека на стыд. — И я ничего не чувствую.
У меня пересохло во рту.
— И что?
— Не было ни одного случая, чтобы я был рядом с тобой дольше нескольких минут, и не чувствовал, какую эмоцию ты проецируешь, будь то радость, желание или гнев, — сказал он. — Нет, с того самого момента, как я впервые увидел тебя в Темных Вязах, пока не попытался замедлить твое дыхание под дворцом.