Седой высунул мордочку из корзины, настороженно оглядываясь. Его янтарные глаза уставились на Грэма.
Старик хмыкнул.
— А я думал этот малец убежал в лес. А вот оно как — с тобой пошел. Похоже приручился.
— Похоже на то, — согласился я. — Его стая его не приняла — у них новый вожак…
— Старый вожак никому не нужен, — перебил Грэм, его голос стал глуше. — Как и старый охотник.
Я не нашёл, что ответить.
Седой, тем временем, выбрался из корзины и плюхнулся на ступеньку рядом с нами. Он ещё хромал, но двигался увереннее, чем утром.
Если так задуматься, то тут сейчас на ступеньках сидят три старика: Я, Грэм и Седой. Мой взгляд скользнул по Шлепе, а ведь этому гусю тоже немало лет. Так что не три, а четыре старика.
Потом я достал кошелёк и положил его между нами — итог сегодняшней варки.
— Сколько? — спросил Грэм.
— Сорок бутылочек по двадцать семь медяков за штуку.
Старик хмыкнул и начал считать в уме. Его губы беззвучно шевелились.
— Десять серебряных, — сказал он наконец. — За один день.
— Да. Треть золотого.
Я помолчал, давая ему осмыслить, что темпы заработка наконец-то сдвинулись, и шансы у нас появились реальные, а не призрачные, как еще совсем недавно.
— Если варить с такой же скоростью, даже по такой цене… и если Морна будет брать всё, что я варю… — начал говорить я.
— То шансы есть, — закончил за меня Грэм.
— Именно, шансы есть. — вздохнул я. — И еще кое-что. Я поговорил с Морной насчет живовосов — она спросила Лиру и девочка готова помочь.
Грэм повернулся ко мне. В его глазах мелькнуло что-то… надежда? Или страх? Или скорее и то и другое вместе.
И я его понимал, по себе знаю — хочется верить, что поможет, но не хочется расстраиваться, если окажется, что задумка не сработала.
— Когда?
— Завтра. Приготовлю новую порцию отваров и пойдем, оттягивать нечего.
— Да, ты прав. — сказал Грэм и погладил Шлепу, который приковылял к нему.
Но после разговора с Морной меня интересовало много вопросов, на которые Грэм вероятно знал ответы.
— Дед, а почему ты не рассказывал про детей Коры? Про друидов?
Грэм дернулся.
— Откуда узнал? — сначала спросил он, а потом сам ответил, — Понятно — Морна.
— Да, она — Морна упомянула их сегодня.
— А что о них говорить? — Старик сплюнул в сторону. Его лицо исказилось гримасой отвращения. — Фанатики, помешанные на своем «Великом Древе». Они поклоняются ему как богу, живут в глубинах леса и считают себя избранными. А обычные люди для них мусор под ногами — уважают только тех, у кого такой же Дар как у них, позволяющий находить общий язык с растениями.
Вот как…ну, из слов Морны нечто подобное и вырисовывалось.