– Он на месте? – ахнула я. – Я его не выписала?
Теперь я уже не сдерживала рыданий.
– Нет, – рассмеялась она, нахмурившись. – Вы решили, что у вас случился выкидыш?
Я кивнула – на большее меня не хватило.
– Все в порядке, смотрите.
Изображение коробилось и растекалось, как будто мы заглядывали в какой-то другой, подводный мир, но маленький инопланетянин был тут как тут, я видела его своими глазами! С длинными ногами, как у Эй Джея. Я вот все думаю, когда он появится на свет, он будет похож на Эй Джея? Если он появится на свет. Если он до той поры не растворится в моем желудочном соке повышенной кислотности.
– Ну надо же, неужели он все еще тут, – проговорила я, и Бородавочница рассмеялась с таким видом, как будто говорила: «А то! Где ж еще ему быть?»
– Ну что вы, милая, – сказала она и протянула мне салфетку. – Не переживайте так. Все в полном порядке.
Опять эти чертовы чувства! Опять то самое чертово чувство! Ужасная раздирающая боль.
– Неужели, – опять пробормотала я.
Тут я увидела, как в центре инопланетянина что-то тихонько пульсирует. Это был уже не просто сгусток – не Рисовое Зернышко, не Фига и даже не Лайм. Это был крошечный человечек, который уцелел после всей чертовой хрени, которую я ему устраиваю. Я не могла оторвать от него глаз. Каждый день в мире делают миллионы УЗИ, и для каждой женщины, которая видит на экране собственного ребенка, это нечто невероятное. Единственная разница в данном случае в том, что сейчас на экране мой ребенок. Как может вот это смертоносное тело взращивать вот это живое существо?
– Какого он сейчас размера? – спросила я, утирая глаза рукавом. – Я его измеряю в фруктах и овощах.
– Думаю, по фруктовой шкале он сейчас примерно с лимон.
Как далеко мы продвинулись от макового зернышка. Я могла различить на экране руки, ноги, глазницы, мозг и кости. Я делаю что-то хорошее, а не какую-нибудь дикость, как обычно.
– А с ним точно все в порядке?
– Точнее не бывает, – сказала она.
Я рассказала ей про кровотечение.
– Обсудите это с врачом. Но здесь, насколько я могу судить, все выглядит прекрасно.
Я редко доверяю людям, у меня с этим большие проблемы, но думаю, на этот раз придется мне ей довериться. Из нас двоих медицинское образование есть только у Бородавочницы, а я думала, что спустила ребенка в унитаз после того, как пописала. Она сказала, что боли, которые мучили меня ночью, могли быть «тренировочными схватками».
– Если все и дальше пойдет по плану, то вы обязательно доносите его до нужного срока – и нет причин волноваться.
Ага, вот она, эта жуткая фраза: «Если все пойдет по плану». Чем эта игра закончится, известно одному лишь Богу.
– А как сделать так, чтобы ему было хорошо?
– Не забывайте принимать витамины. Хорошо питайтесь. Не нервничайте. Не перетруждайтесь и не делайте ничего такого, из-за чего может подскочить давление.
То есть с охотой на педофилов в сети и отлавливанием насильников пока стоит повременить.
– Я буду вести себя хорошо, обещаю.
Лимон на экране бешено вращался и подскакивал, как будто у него там установлен небольшой батут. Насмешил меня.
Из клиники я вышла размашистым шагом, будто в видеоклипе Бейонсе. Зашла в «Теско» купить всякой полезной фигни – семян чиа, кудрявой капусты, разного дерьмища, на которое молятся фитнес-вдохновительницы в Инстаграме[30]. Потом зашла в хозяйственный и купила блендер для смузи, который увидела у них в витрине. До Дома с колодцем добралась в таком же приподнятом настроении, как после убийства таксиста, насильника в парке, парня в канале… А что, если Марни права: вдруг материнство – это моя благодать и спасение? Что, если давать жизнь – это все-таки лучше, чем ее отнимать?
Когда я шла по Клифф-роуд, вдруг раздался голос…
Я опять тут.
– Ну ты и какашка… Где тебя носило?
[30] Инстаграм – продукт компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана в России экстремистской. Здесь и далее.