Каждый раз, когда она говорит про медовый пирог, я удивляюсь, что она такое помнит.
Тетя растапливает камин и ждет, пока огонь разгорится как следует. Я даже не подозревала, что она умеет это делать, – камин всегда разжигает мистер Китс. Она укутывает его плечи своим одеялом и садится рядом, тихонько успокаивая. Я наливаю чай, а она следит, чтобы мистер Китс держал чашку ровно. Ему удается допить чай, и я замечаю, что рука его больше не дрожит.
В камине потрескивает огонь.
– Выше нос, мистер Китс, – успокаивающе говорит тетя. – Мы должны продолжать двигаться вперед к нашему будущему, траншеи остались в прошлом.
Когда дождь наконец прекращается и глаза мистера Китса обретают прежнюю ясность, тетя достает шахматную доску.
– Думаю, Харрикейн полезно посмотреть, как мы играем. – Она помогает ему подняться. – Но не рассчитывайте, что я уступлю и позволю вам победить.
53
Теплым весенним утром, когда вокруг каменных львов уже зацвели маки, а все зимние пальто и шарфы были запакованы и убраны, Мунпай расхрабрилась и отправилась исследовать подвальную лестницу.
– Я тебе нужна, – шепчу я, лежа на животе на кухонном полу и глядя вниз.
Она принюхивается к кусочкам копченой макрели, которые я разложила на ступеньках вроде дороги из хлебных крошек, ведущей прямо в мои руки.
На этих выходных мы с мистером Китсом приготовили деревянный ящик, как советовал Тео. Ящик похож на очень большую обувную коробку с маленькой дверцей, закрывающейся на крепкую задвижку. Так что, сколько бы Мунпай ни верещала и ни царапалась, она не сможет оттуда выбраться. Сделали мы ящик из того сломанного шкафа красного дерева с резьбой, который нашелся на чердаке. С одной стороны прибили старую оконную сетку, чтобы Мунпай могла видеть, что происходит снаружи.
– Она захочет увидеть птиц, деревья, бабочек… и тебя, – сказал мне Тео.
Помимо всего прочего, я запихнула в дальний угол ящика одну из тетиных шляпных коробок, чтобы у Мунпай было уютное местечко, где можно укрыться в плохие дни: по словам Тео, это очень важно. А еще я накопала немного земли в саду, насыпала ее в старую коробку из-под сигар, и этот кошачий туалет тоже влез в ящик.
Из любопытства я посмотрела слово «убежище» в тетином словаре, который лежит на железной подставке в библиотеке. Там написано «безопасное, защищенное место, приют».
Я рассказываю об этом мистеру Китсу.
– Тогда тебе удалось добиться цели, – говорит он.
– Не совсем, – отвечаю я и бегу на чердак за двумя старыми одеялами: из одного складываю мягкую подстилку для Мунпай, а другим накрываю ящик сверху, чтобы она не замерзала по ночам. Наконец мы с мистером Китсом относим это сооружение в чулан, где оно скрыто от тетиных глаз за гладильной доской, ведром и шваброй для мытья полов.
– Рано или поздно миссис Баттерфилд все равно узнает, – говорит мистер Китс.
54
Осторожно подкравшись к лестнице, Мунпай проглатывает первый кусочек макрели, а затем садится, облизывает усы и смотрит на меня снизу вверх.
Я задерживаю дыхание, всем своим видом пытаясь показать ей, что меня не нужно бояться. Когда она прыгает на следующую ступеньку, я замираю, как моллюск.
На середине лестницы она останавливается и размышляет, стоит ли подниматься выше.
– Удача благоволит храбрым, – шепчу я и сама удивляюсь, что заговорила как моя тетя.
Затаив дыхание, считаю до десяти, прежде чем Мунпай наконец-то взбирается на следующую ступеньку и съедает еще кусочек рыбы.
Внезапно мистер Китс роняет крышку от кастрюли, и та со звоном падает на пол. Мунпай с воплем бросается к стене и исчезает в щели.
Я раздраженно выдыхаю, потому что теперь нам придется начинать все сначала.
Через несколько минут Мунпай снова выпрыгивает на пол подвала и медленно подбирается к новому кусочку рыбы, который я положила на ступеньки.
Останавливается, садится и снова смотрит на меня снизу вверх, решая, можно ли мне доверять.
Ее изогнутый хвост подрагивает.
– По-моему, под всей этой грязью скрывается настоящая красавица, – шепчет мистер Китс, наблюдая за котенком вместе со мной.
Конец ознакомительного фрагмента.