Уголки ее глаз были прищурены, как будто она пыталась привыкнуть к темноте. На ней было черное шерстяное пальто поверх практичного черного костюма, а на плече висела потертая кожаная сумка-мессенджер. На долю секунды у него мелькнула мысль, что, возможно, она заблудилась и забрела сюда по чистой случайности, чтобы спросить дорогу. Но затем она перевела взгляд прямо на него, и он понял, что она была здесь специально. Она была здесь ради него. Сердце Колтона забилось быстрее.
Гретхен поправила ремешок сумки и направилась к нему. Каблуки ее ботинок целеустремленно отбивали дробь по грубому деревянному полу. Он едва успел прийти в себя, как она остановилась рядом с ним и сказала совершенно спокойно:
— Мне сказали, что я найду тебя здесь.
— Кто тебе это сказал?
Отлично. Очень гладко. Женщина, которая целый год жила в его мечтах, объявила, что ищет его, и это было лучшее приветствие, которое он мог придумать?
Она уставилась на его джинсы.
— У тебя какие-то проблемы?
Он опустил взгляд и понял, что пиво расплылось широким темным кругом прямо ему на промежность, как будто он описался.
— Это пиво, — пробормотал он.
Он схватил тряпку, которую бросил ему Дафф, и начал яростно вытирать пятно, что не принесло ровным счетом ничего, кроме того, что все стало только хуже, потому что он активно тер свой член у нее на глазах.
— Господи, — пробормотал Дафф. — Остановись, пока не опозорился. — Затем Дафф приподнял подбородок и спросил у Гретхен на универсальном языке барменов: — Что вы будете?
— Есть «КАУ» 1869 года?
Брови Даффа поднялись до линии роста волос.
— Это крепкий виски для женщины.
Гретхен пожала плечами.
— Что я могу сказать? Это у меня в крови.
Колтон и Дафф посмотрели друг на друга с одинаково ошеломленным выражением на лицах, спрашивая себя, правда ли это? Колтон наконец откашлялся и уронил мокрую тряпку на лужицу пива на стойке.
— Дафф не верит ни во что качественное. Он предпочитает отправить тебя в больницу, отравив по старинке.
Дафф ухмыльнулся.
— Подожди здесь.
Подожди здесь? Колтон смотрел, как Дафф исчезает за дверью, которая, по его мнению, была входом в Ад. Куда, черт возьми, он направлялся?
— Ну, как у тебя дела?
Моргая, Колтон посмотрел на Гретхен.
— Отлично. Ты? — Иисус. Что, черт возьми, с ним было не так? Куда подевалась его развязность, его манера держаться на сцене? Он оперся рукой о стойку бара. — Ты хорошо выглядишь.
Ее лицо оставалось бесстрастным.
— Спасибо.
Дверь в ад снова открылась, и Дафф вышел оттуда с бутылкой того самого виски, о котором просила Гретхен.
Колтон издал жалобный звук.
— Какого хрена, чувак? Ты пытал меня мочой ласки, пряча там такое дерьмо?
Дафф поставил бутылку на стол.