Ее громкий голос заглушил оживленную болтовню вокруг них. Сотрудники перестали радостно суетиться и уставились на них с открытыми ртами и вытаращенными глазами, на мгновение забыв о праздновании Рождества, потому что в центре вестибюля разыгрывалась семейная драма Уинтропов.
— Я училась у лучших, не так ли? Как заключить сделку, которая играет роль бога в жизни других людей? Сделки, которые лишают их возможности выбора? Разве это не настоящее наследие Уинтропов? Использовать друг друга, причинять боль, игнорировать боль, которую все это причиняет, только чтобы избежать скандала? — Она широко развела руками. — Ну, вот и я. Скандал из скандалов. Женщина, которая погубила Колтона Уилера.
Люди теперь тоже перешептывались друг с другом. Джек огляделся, словно удивляясь, что у них есть зрители. За их спинами снова открылись лифты, и из них вышел ее отец. Ее мать шла прямо за ним, буквально вцепившись в свои жемчужины, ее каблучки отчаянно цокали по блестящему полу.
Должно быть, кто-то позвонил им. Предупредил их о постыдном рождественском представлении, которое разыгрывалось на глазах у преданной паствы.
— Ради всего святого, — прошипел Фрейзер, приближаясь. — Что, черт возьми, происходит? — Он окинул взглядом собравшуюся толпу и выкрикнул приказ, который никто не посмел ослушаться. — Приступайте к работе. Немедленно. — Ряды рассыпались, как послушные солдатики. — Нам нужно поговорить наедине, — продолжил он.
— Не нужно. Я ухожу.
— Куда ты идешь? — спросила ее мать.
— Пойди спроси Эвана. Он будет рад ввести тебя в курс дела.
— Милая, пожалуйста, — прошептала ее мать. — Я знаю, ты расстроена. Мы можем поговорить об этом.
Гретхен поклялась, что не будет плакать. Она вообще не выказывала никаких эмоций. Но слеза подкатила к уголку ее глаза и скатилась по щеке. Гретхен смахнула ее.
— Мне нужно было, чтобы мы поговорили об этом, когда мне было девять, мама. Тогда ты не захотела слушать, и он сломал мне руку.
Кровь отхлынула от лица ее матери.
— Мне нужно было поговорить с тобой об этом, когда мне было десять, когда мне было одиннадцать, когда мне было двенадцать. Всю свою жизнь я пыталась поговорить с тобой, но ты отказывалась слушать. Ты отказывалась видеть его таким, какой он есть на самом деле, и что он делал со мной.
— Я не знала, — прошептала ее мать.
— Ты знала. Но придумывала оправдания. Ты оправдывала это. Все, что угодно, чтобы защитить имидж семьи, верно? Потому что как бы это выглядело, если бы кто-нибудь за пределами семьи узнал, что ты произвела на свет жестокого психопата? Тебя больше пугало то, что ты терпела его издевательства, чем то, как это отражалось на мне.
— Дорогая, пожалуйста. Я умоляю тебя...
— И я умоляю тебя оставить меня в покое.
Гретхен отступила назад, подальше от воспоминаний и боли. Подальше от предательства, лжи.
Она посмотрела на Джека и положила ладонь на его заросшую щетиной щеку.
— До свидания, дядя Джек.
Он попытался последовать за ней к двери. Она услышала его шаги. Но на полпути они остановились.
Как будто он знал, что это бесполезно.
Потому что на этот раз она убегала навсегда.
ГЛАВА 27
Колтон услышал голоса. Далекие голоса.
Снова.
— Я думаю, он мертв.
— Ткни его палкой или еще чем-нибудь.
Ради всего святого. Колтон схватил ближайшую подушку и накрыл ею голову. Ее тут же отдернули, и он обнаружил, что смотрит на множество лиц. Малкольм, Мак, Ноа и Влад пялились на него сверху вниз, как будто проводили вскрытие.
— Ты выглядишь как убитый на дороге, — сказал Мак.