— Что чувствуешь? — наконец спросил меня Арсений Иванович. — В первую очередь меня интересует твоя рука. Есть какие-нибудь непривычные ощущения?
— Нет, — честно ответил я и на всякий случай пощупал руку. — Вообще ничего. Хотя в общем мне стало как-то теплее от этих аур. Они у вас с подогревающим эффектом?
— Типа того, — улыбнулся целитель и снял с меня ауры. — Можешь одеваться. Никаких магических болезней я у тебя не вижу. Ты, кстати, почему такой худой? Насколько я помню, в «Китеже» всегда отменно кормили. Тебе определенно нужно больше кушать.
Куда уж больше? Я вроде бы на аппетит не жалуюсь. Мне кажется, что если я хоть немного поднажму, то превращусь в такого же пухляша, как и сам Филиппов.
— Он всегда был такой тощий, — сказал Веригин в мою защиту. — Кожа да кости. Как будто произошел не от обезьяны, а от велосипеда. Темников у меня здесь частый гость, еще с первого курса. Я даже удивлен, что в последнее время он стал реже появляться.
— Да, я наслышан, — кивнул Арсений Иванович. — Шустрый парень. И очень везучий, должен сказать.
Целители не стали дожидаться пока я оденусь и вышли из кабинета, в котором меня осматривали, а вместо них появился Тараканов. Я в этот момент как раз застегивал последнюю пуговицу на школьном пиджаке.
— Раздевайся, — прошелестел Яков Лазаревич.
— До трусов? — спросил я даже не удивившись. Интуиция подсказывала мне, что я зря начал одеваться.
— Не обязательно, — ответил черный маг. — До пояса будет достаточно.
На этот раз обошлось без аур. Демонолог спросил с какой рукой у меня были проблемы, затем тщательно ее осмотрел, ощупал и разрешил одеваться.
— Как ты себя чувствуешь вообще? — спросил он, после того как я оделся.
— В каком смысле? — не совсем понял я его вопрос.
— Ночные кошмары или бессонница не мучают? — уточнил Тараканов. — Видения чудовищ типа демонов… Монстры всякие…
— Нет, с этим у меня проблем нет, — сказал я и посмотрел на Градовского, который был моим единственным видением. Однако, вряд ли он тянет на ночной кошмар или чудовище. — Я бы наоборот, не отказался от пары свободных деньков, чтобы спокойно выспаться.
— Холод в животе или зуд в правой руке не чувствуешь? — спросил черный маг.
— Не-а, — покачал я головой.
— Это хорошо, — одобрительно кивнул он. — Я знаю, что Чертков учит тебя особым… Скажем так, знаниям и методам взаимодействия с демонами…
— Методам взаимодействия с демонами он меня не учит, — на всякий случай уточнил я, помня о том, что демонология в Империи не в особом почете, и я не знал с какой целью об этом сейчас говорит Тараканов. — Просто они нападают, а я от них защищаюсь.
— Это не моего ума дело, — сказал черный маг и его землистого цвета лицо стало еще серее. — Я хочу сказать лишь о том, что не стоит прикасаться к демонам голыми руками. Вообще не нужно к ним прикасаться.
В этот момент он поднял свою правую руку и показал ее мне.
— Если уж нет никаких других вариантов, то для защиты от их демонической сущности есть специальная защита — эфирная ткань, — сказал он, а затем снял перчатку со своей руки.
Когда-то я видел руки Шмакова без перчаток. В тот момент мне показалось, что я увидел просто голые кости, которые не были покрыты кожей. Теперь же у меня появилась возможность рассмотреть руку получше.
Выглядела она на самом деле странно, однако кожа на ней все-таки была. Тонкие пальцы и узкая ладонь демонолога были очень плотно обтянуты тонкой, почти белоснежной кожей. Неудивительно, что в тот раз я подумал будто ее вовсе нет.
— Что скажешь? — спросил Тараканов, глядя на меня испытывающим взглядом. — Нравится?
— Рука как рука… — ответил я. — Просто с особенностями…
— Вот если не хочешь, чтобы у тебя были такие же, как ты говоришь, особенности, пользуйся защитными перчатками, — посоветовал Яков Лазаревич.
— По вашей руке не скажешь, что это сильно помогает, — заметил я, глядя как черный маг снова надевает перчатку.
— Согласен, — не стал спорить Тараканов. — Но если бы не она, то у меня и руки бы не было. Да и меня самого тоже, если на то пошло. Просто слушай, что я тебе говорю, и принимай к сведению. Кстати, чертить ритуальные пентаграммы для их вызова тоже поначалу лучше в перчатках. Потом можешь обходиться без них.
— Яков Лазаревич, я же демонологией не занимаюсь, — сказал я. — Никаких пентаграмм не черчу…