Император Пограничья 18: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я не стал спорить. Муромский князь действительно совершил фатальную ошибку.

Вскоре я созвонился с Голицыным. Экран магофона мигнул, соединение установилось, и на меня посмотрело лицо человека, которого я привык видеть властным и собранным.

Сейчас князь Московского Бастиона выглядел иначе. Тёмные круги под глазами, небритые щёки, волосы — обычно аккуратно причёсанные — в беспорядке. В руке он держал погасшую трубку, которую, судя по всему, забыл раскурить.

Однако главное — в его серых глазах больше не было той выжженной тревоги, которую я видел после похищения. Василиса уже несомненно успела позвонить, чтобы сообщить об успехе операции и дать брату поговорить с отцом.

— Прохор, — голос Голицына дрогнул, и он сделал паузу, чтобы взять себя в руки, — ты вернул мне сына. Я… — он провёл ладонью по лицу, — я уже час не могу прийти в себя.

Я молча ждал. За свою жизнь я научился понимать, когда человеку нужно время, чтобы совладать с собой. Голицын, жёсткий, расчётливый политик, Архимагистр третьей ступени, последние дни провёл в аду неизвестности, не зная, жив ли его единственный сын.

— Я твой должник, — добавил князь.

Простые слова, но сказанные так, что за ними стояло больше, чем любые официальные обещания и договоры. Я видел подобное выражение лица у отцов, чьих детей спасали из плена или вырывали из лап Бездушных, и оно всегда было искренним.

— Мирон сейчас с Василисой, — сообщил я. — Напуган, но физически цел. Его можно будет забрать в Москву хоть сегодня.

Голицын кивнул, его горло дёрнулось в судорожном глотке.

— Я пришлю людей. Или… — он замялся, — может, лучше мне самому приехать?

Отец хотел увидеть сына как можно скорее. Понятное желание.

— Как вам будет удобнее, Дмитрий Валерьянович. Мы позаботимся о мальчике до вашего приезда.

Московский князь снова кивнул, потом глубоко вздохнул и расправил плечи. На моих глазах правитель Бастиона брал под контроль свои эмоции, загоняя их обратно под маску власти. Не полностью — трещины всё ещё были видны, — но достаточно, чтобы перейти к делу.

— Терехов должен ответить, — сказал я, не давая ему времени на благодарности. — Публично. Перед всем Содружеством.

Голицын медленно кивнул, его глаза потемнели.

— Ты имеешь полное право на возмездие. Москва… — он сделал паузу, подбирая слова, — не будет возражать.

— Но не поддержит? — я уловил недосказанное.

Князь тяжело вздохнул и наконец раскурил свою трубку. Сладковатый дым поплыл перед экраном, частично скрывая его лицо.

— Между Бастионами существует соглашение о невмешательстве в войны княжеств, — Голицын говорил размеренно, словно объяснял очевидное. — Нарушение повлечёт общую атаку всех остальных Бастионов и княжеств на нарушителя. Бастионы могут поддержать технологиями или наёмниками, но не прямым военным вмешательством. Это красная линия, которую никто из нас не переступит.

Я слушал и вспоминал разговор, который состоялся месяц назад, сразу после истории с покушением на балу. Тогда Голицын предложил мне разобраться с Муромом вместо Москвы. Я отказался. Как теперь оказалось, Бастион не мог вмешаться напрямую, зато мог найти того, кто сделает за него грязную работу.

— Я понимаю, — ответил я спокойно.

Московский князь затянулся трубкой, выпустил струю дыма и продолжил:

— Но я сделаю кое-что ещё. Мы готовы поставить любое требуемое вооружение и технику. Бронемашины, артиллерию, боеприпасы — всё, что понадобится для кампании без наценки.

Это было существенно. Владимирские арсеналы неплохи, но техника Московского Бастиона считалась лучшей в Содружестве.

— Кроме того, — Голицын чуть наклонился к экрану, — Терехов сейчас лихорадочно ищет наёмников. Крупные ратные компании — «Перун», «Варяг» и другие — уже получили от меня… рекомендацию воздержаться от этого контракта. И поверь, они прислушались.

Я позволил себе лёгкую усмешку. «Рекомендация» от правителя Московского Бастиона звучала примерно так же ненавязчиво, как совет не стоять под падающим деревом. Отказ означал потерю доступа к московскому рынку, а это — смерть для любой серьёзной компании.

Вот почему Терехов обратился к иностранцам. Местные наёмники оказались для него закрыты, и муромский князь был вынужден искать помощь за пределами Содружества. Османы… теперь их присутствие обретало смысл.

— Впрочем, — добавил Голицын, словно прочитав мои мысли, — это касается только наших компаний. Иностранцы… тут я бессилен.

— Знаю, — кивнул я. — У Терехова уже есть восточные наёмники.