— А вот это уже неприятно, — я отметил абзац про репутацию.
Засекина кивнула, её лицо стало жёстче.
— В мире их считают опасными психопатами. Нанимают для грязной работы. Не брезгуют пытками, грабежами и запугиванием мирного населения. Их присутствие означает, что заказчик хочет сломить врага морально, а не просто победить.
— Живут по принципу «смерть или слава», — я прочитал дальше. — Считают, что умереть в бою лучше, чем дожить до старости. Многие употребляют стимуляторы перед боем: алкоголь, алхимические настойки, магические зелья. Презирают слабость и трусость.
— Янычары считают их бесчестными разбойниками, — добавила Ярослава. — Взаимная неприязнь. Если Терехов нанял и тех, и других, у него будут проблемы с координацией.
— Если нанял, — уточнил я. — Пока мы знаем только про Кровавый Полумесяц.
Засекина открыла последнюю статью и замерла, изучая текст.
— А вот и наши маги. Хавасы, от «Ахль-и хавас» — люди тайных знаний. Элитный корпус боевых магов Османской империи, владевших сложнейшими эзотерическими техниками.
Я наклонился ближе к экрану. Хавасы изучали магию не в академиях, как принято в Содружестве, а в медресе и дервишских обителях, что придавало их искусству особый, почти мистический характер. Малые отряды по пять-пятнадцать магов во главе с шейхом — Мастером не ниже третьей ступени. Строгая градация по уровню посвящения: мюрид-ученик, дервиш-подмастерье, шейх-мастер. Каждый отряд специализировался на определённом типе магии, и в братство принимали только магов не ниже ранга Подмастерья — остальных считали недостойными традиций.
— Вот почему они такие опасные, — я указал на раздел о магической специализации. — Стихийная трансмутация: превращение одной стихии в другую, комбинированные заклинания высочайшей сложности, создание магических ловушек с отложенной активацией. И ещё — геометрическая магия.
— Что это? — вскинула брови моя невеста.
— Использование сложных рунных кругов и арабесок для усиления заклинаний. Боевые мандалы — защитные конфигурации, которые хавасы чертят прямо в бою. Пространственная магия: искривление траекторий снарядов, телепортация на короткие дистанции.
Я вспомнил троих магов в охотничьем поместье, которых видел глазами Скальда. Огненные плети, едкий дым, огненный вихрь — всё это укладывалось в полученную информацию. И если бы не внезапность нашей атаки, они могли бы натворить куда больше бед.
— Традиционные хавасы носят длинные халаты с геометрическими узорами, — подхватила Засекина. — Это не декор, а рунная защита. Высокие тюрбаны или фески с металлическими пластинами, выгравированными защитными символами. Посохи или жезлы из редких пород дерева — кедра, сандала, чёрного дерева — инкрустированные кристаллами Эссенции. На каждом хавасе десятки защитных амулетов и талисманов.
— Пленник упоминал магов в халатах с узорами, — вспомнил я. — Но также говорил про молодых в обычной форме.
— Прогрессивное крыло, — Ярослава ткнула пальцем в абзац. — Молодые хавасы предпочитают обычную солдатскую экипировку. Видимо, троица, которую там положили, была как раз из таких.
Я изучил раздел о боевой роли: прорыв обороны через уничтожение вражеских барьеров сложными ритуалами, контрмагия и подавление вражеских магов, дальнобойные разрушительные заклинания по скоплениям противника, создание защитных барьеров для союзных войск.
— У них есть кодекс, — отметила Засекина с лёгким удивлением. — Считают себя носителями древнего знания, а не простыми наёмниками. Контракт подписывают только после изучения целей заказчика — не сражаются за «недостойное дело». Запрещено обучать непосвящённых их техникам. Уважают достойного противника-мага — после боя могут предложить почётные похороны его родне.
— Не участвуют в резне мирных и грабежах, — я прочитал дальше. — Считают это ниже своего достоинства. Как и янычары.
— Они и ценят янычаров за дисциплину, — кивнула Ярослава. — Взаимное уважение. А вот дели называют дикарями, и это тоже взаимно — дели зовут хавасов «книжными червями».
Последний абзац объяснял, почему Терехов решился на такие траты: один хавас стоил как трое обычных боевых магов. Крайне дорогие, но князья Содружества охотно их нанимали для сложных боевых задач. Академии магии даже изучали трофейные артефакты хавасов, пытаясь разгадать их секреты.
— Есть и слабости, — я указал на соответствующий раздел. — Медленнее в бою, чем обычные боевые маги — их заклинания требуют концентрации и точности. Уязвимы в ближнем бою, полагаются на защитные артефакты и союзников.
Засекина откинулась в кресле, скрестив руки на груди.
— Значит, Терехов собрал серьёзный комплект: янычарский кош для штурмов и прорывов, хавасов для магической поддержки. Вопрос — есть ли у него ещё и дели для террора и грязной работы.
Я задумался. Один лишь кош «Кровавый Полумесяц» мог насчитывать до пятисот бойцов с железной дисциплиной и профессиональной подготовкой, а таких кошей вполне могло быть несколько. Отряд хавасов — ещё пять-пятнадцать опытных боевых магов. Серьёзное усиление для муромской армии.
— Терехов готовится к войне, — сказал я наконец. — Понимает, что та неизбежна, и собирает силы.
Я закрыл когитатор и посмотрел на часы.
— Надо связаться с Голицыным, — сказал я, поднимаясь. — Сообщу, что его сын в безопасности. А потом поговорю с пленником.
Ярослава встала следом, потянулась, разминая затёкшие мышцы.
— Терехов просчитался, — она позволила себе холодную усмешку. — Хотел разыграть спектакль с героическим спасением, а вместо этого получил войну на два фронта — против тебя и против разъярённого отца.