Император Пограничья 18: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Сто двадцать грузовых автомобилей под обозы — провиант, боеприпасы, медикаменты, снаряжение, — ответил Буйносов-Ростовский. — Ещё восемьдесят конных повозок для участков, где техника не пройдёт. Пехота — верхом: по коню на каждого солдата, плюс заводные на случай потерь.

Это не кавалерия, в бою бойцы будут спешиваться, но на марше конь даёт скорость и сохраняет силы людей.

— Для офицерского состава и штаба, — продолжил он, — двадцать легковых автомобилей. Артиллерию тянут тягачи. Топлива с запасом на весь марш и обратный путь, фуража для лошадей — на две недели, дальше будем закупать на месте. Ремонтная бригада из пятнадцати механиков с запасными частями, коновалы при каждом полку — если что сломается в дороге, починим на месте, а не будем ждать подвоза из столицы.

Я удовлетворённо кивнул. Генерал знал своё дело — каждая деталь продумана, каждый винтик на месте. Именно поэтому я и выбрал его.

— Стрельцы? — уточнил Борис.

— Остаются во Владимире, — ответил я. — Их задача — защита населения от Бездушных. Я пообещал Огневу, что мы не будем бросать его ребят против людей, и намереваюсь сдержать это обещание.

Ленский поднял руку:

— Ваша Светлость, снятие армейских частей с пограничных позиций ослабит защиту княжества. Если кто-то решит воспользоваться моментом…

— Резонное замечание, — согласился я, — но сами посудите: на западе — Москва и Покров, наши союзники. На северо-западе — Сергиев Посад, тоже союзник. На севере — Суздаль, условный союзник, с которым у нас договорённость о взаимопомощи. Враги с этих направлений не пройдут незамеченными — им придётся сначала пересечь дружественные нам территории.

Я провёл пальцем по воображаемой карте.

— Остаются восток и юг. Армия идёт на восток — как раз в сторону Мурома. Южное направление усилим разведкой. Родион Трофимович, это твоя забота.

— Сделаем, — Коршунов кивнул. — Мои люди уже на местах. Если кто дёрнется с юга, узнаем за сутки до того, как они перейдут границу.

— Григорий Мартынович, — я повернулся к Крылову, — для тебя отдельное поручение.

Глава правоохранительных органов выпрямился, его взгляд стал острее.

— Безопасность во Владимире и Угрюме — твоя личная ответственность. Усиль активность органов. Война — традиционное время для разгула преступности. Мародёры, спекулянты, паникёры — все выползут из щелей, как тараканы из-за шкафа. И диверсанты, куда без них…

— Понял, — Крылов коротко кивнул. — Предлагаю ввести временный комендантский час в столице и усилить проверки на въездах.

— Действуй по обстоятельствам. Доверяю твоему чутью.

Я обвёл взглядом собравшихся — этих людей достаточно, чтобы привести в движение военную машину, способную стереть Муром с карты. Но прежде чем запускать эту машину, нужно было решить другой вопрос.

— Первоочередная задача, — сказал я, понизив голос, — найти Мирона Голицына. Мальчишке всего шесть лет. Он — разменная монета в руках Терехова, и чем дольше он там находится, тем больше риск для его жизни.

— Мои люди уже работают, — отозвался Коршунов. — Все контакты в Муроме активированы. Сеть информаторов прочёсывает город. Если мальчика держат там — найдём.

— А если не там?

— Ядрёна-матрёна, всё равно найдём! Терехов не мог действовать один. У него были исполнители, посредники, помощники. Кто-то из них проговорится. Кто-то захочет продать информацию. Кто-то просто окажется не таким осторожным, как думал.

Я кивнул. В Коршунове я не сомневался — его методы работы приносили результаты раз за разом.

— Мобилизация начинается немедленно, — подвёл я итог. — Афанасий Петрович, готовь полки к маршу. Выступаем через два дня. Это даст время разведке найти мальчика и определить оптимальные маршруты.

Буйносов-Ростовский отдал честь:

— Будет исполнено, Ваша Светлость.

— И ещё одно. — Я встал, и остальные поднялись следом. — Терехов подписал себе приговор. Но я хочу, чтобы этот приговор был исполнен по всем правилам. Не казнь в подворотне — суд и возмездие. Чтобы каждый князь в Содружестве понял: есть вещи, которые нельзя делать безнаказанно с моими поддаными.

Совет закончился. Офицеры расходились, каждый со своим списком задач, каждый понимая свою роль в предстоящей кампании. Я остался один в тронном зале, глядя на высокие окна, за которыми догорал весенний закат.

Война. Снова война. Сколько их было в моей прошлой жизни — сотни? Тысячи? Я давно перестал считать. И каждый раз перед началом я чувствовал одно и то же: не страх, не возбуждение, а холодную сосредоточенность хирурга перед операцией. Терехов — это опухоль, которую нужно вырезать. Чисто, быстро, без лишней крови. А потом — заняться тем, кто эту опухоль взрастил. Потому что муромский князь действовал слишком уверенно для человека, загнанного в угол. Кто-то стоял за ним. Кто-то, у кого были деньги, люди и причины желать моей смерти.

Но это — потом. Сначала — Мирон, затем — Терехов.