Алый отшатнулся, потрясенный.
— Хочешь сказать… ты вовсе не герой?
— Герой? Да нет. Это не про меня, — честно признался Вася, поправляя пакет с пельменями.
Драконы молчали.
Смотрели на него долго, оценивающе — как на хлебный мякиш в алтарной чаше: неожиданно и явно не к месту.
— Он… странный, — наконец изрек Черный.
— И бесполезный, — добавил Алый.
В их голосах звучала снисходительность — не злая, нет. Скорее скучающая. Как у тех, кому предложили оценить эпичность дохлого червя на гранитной плите.
— Не годен, — сказали они хором.
Алый шагнул вперед, величественно расправив плечи:
— Смертный, преклони колени перед владыками этого мира.
Вася моргнул. Посмотрел на пельмени, потом на них.
— Эм… а зачем? — наконец спросил он, слегка нахмурившись, будто пытался сложить в голове слишком сложное уравнение без калькулятора.
Алый хищно сверкнул глазами:
— Чтобы показать уважение… прежде чем мы испепелим тебя.
Вася кивнул. Повисла страдальческая пауза.
— Чего ты ждешь, смертный?! — рыкнул он.
Вася пожал плечами:
— Ну… если вы все равно испепелите меня после того, как я преклоню колени, то… я предпочту этого не делать. Это логично.
Черный чуть склонил голову, глядя с недоумением, как будто его, Тьму-во-Плоти, впервые поставили в тупик.
— Мы сожжем тебя, смертный, если не преклонишься.
Вася кивнул, задумчиво:
— Может… чаю?
Глава 3
Они стояли на поляне.
Вокруг — лес, тишина, тепло земли и гудение стиралки, как напоминание о том, что реальность не всегда подчиняется логике.
— Мы… отказываемся, — сказал Алый.
— Почему? — спросил Вася, подвигая рюкзак ближе.
— Как-то не эпично это. Пить чай на поляне, посреди леса. В компании смертного.
Вася пожал плечами.