Черный четверг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 10

Весенний день год кормит. Так кажется говорят у нас в России те, кто занимается сельскохозяйственными работами. Сейчас, конечно, не весна, а совсем даже наоборот, глубокая осень. Но криминальными делами можно заниматься круглый год. Более того, работать мне придется вообще круглосуточно. Почти как в старые времена.

Так что после склада я вернулся домой, переоделся уже в свой костюм, привел себя в порядок. Нужно было заниматься делами — обычными, повседневными. Бизнес, деньги, деньги, секс. Ну секс, может быть, потом, но сперва бизнес.

Хотя цель моя была не в деньгах. Если Мейер сделает все, как я ему сказал, то денег у нас будет столько, что мы сможем купаться в них, как та утка из мультика. Интересно, кстати, а мультик этот уже снимают? Уолт Дисней как раз сейчас должен разойтись во всю, но конкретно этого персонажа, скорее всего, еще не придумали.

Нужно было показать всем, что Лаки Лучано жив, здоров и никого не боится. Продемонстрировать свою решимость заниматься делами даже в такой ситуации. И тем самым спровоцировать Маранцано на нападение.

Остальным занимается Сигел. Прямо сейчас его люди следят за Фишером, как основным подозреваемым, и поехали на поиски остальных неудавшихся убийц. И скоро они их найдут. Это только кажется, что в большом городе легко спрятаться. Чем больше людей вокруг, тем больше свидетелей, с которыми можно договориться и решить проблему.

Несмотря на ранения весь день я провел на ногах. Прокатался по разным местам с охраной, но за руль своего Кадиллак 314 я сел сам. Для того, чтобы привыкнуть к местным машинам и местным же правилам дорожного движения.

Да, к моему удивлению у меня был Кадиллак, а не Форд, как у остальных. Длиннющая машина, четырехдверная, пятиместная, а позади еще и багажник огромный, который, правда, выглядел как просто сундук. Но она считалась гораздо более премиальной, чем Форды, да и мощнее оказалась.

Хотя… Вот тому, кто ругает наши «Лады», надо покататься на таком. Чтобы поняли, в чем разница.

Дома я сидел до обеда, а потом отправился в Маленькую Италию, где обошел три спик-изи бара, один за другим. Владельцы были удивлены видеть меня так рано, но платили исправно: триста, пятьсот, восемьсот долларов. Это не доля за крышу, это плата за алкоголь, который мы им поставляем. Почти весь алкоголь в Нью-Йорке наш.

С каждым визитом конверт во внутреннем кармане пиджака толстел, это было приятно.

Никаких проблем не возникло. Люди видели меня, кивали с уважением, пусть я и замечал, как они смотрят на мои шрамы. Слухи о покушении уже разошлись, но теперь я был здесь, живой и относительно целый. Это должно было успокоить их.

Закончив с барами, я отправился в Нижний Ист-Сайд, где зашел на карточную игру, которую проводил один из парней Лански. Она шла с крупными ставками, с самой пятницы, уже четвертый день. Евреи обеспечивали игроков местами для сна и закусками, но парни попались азартные, и никто не хотел выходить из-за стола раньше времени. Одного из игроков я узнал, видел его где-то в газетах, хотя лично знаком не был. Зато второй оказался редактором одной из местечковых газет. Это знакомство может быть полезным в будущем.

Забрал свою долю — еще полторы штуки баксов. Игроки на меня не смотрели вообще, были полностью поглощены игрой, а вот обслуживающий персонал взирал с любопытством. На шрамы, на полузакрытый глаз. Я улыбался, пусть и знал, что это выглядит жутко. Но им придется привыкнуть.

К трем часам дня я встретился с Джоном Аубином — нашим поставщиком из Канады. Обсудили новую партию — сто ящиков знаменитого Канадского клуба, доставка через неделю. Договорились и о цене — двадцать долларов за ящик. Через месяц я смогу продать его по сто. Хорошая маржа.

Заодно закинул тему по поводу самогона. Сказал, что смогу профинансировать несколько заводиков, где будут гнать дешевое бухло, народное, так сказать. Джон почесал в голове, но согласился. Я же помнил о том, что упор надо делать не на дорогой виски, а на дешевый самогон, которым мы зальем улицы.

Потом еще несколько мест, и еще. Вымотался окончательно. Но к вечеру конверт был набит до отказа. Десять тысяч долларов, не меньше. Обычному работяге этого хватило бы на несколько лет жизни. Но…

Но половину из этого придется отдать Джо-боссу. Он уже позвонил и назначил встречу, сегодня. Хотелось ему поговорить по поводу покушения и вообще. Я знал, в чем дело, что Массерия готовится к войне.

Отдавать деньги, конечно, не хотелось, но такова жизнь — ты ему долю, а он тебе защиту. Хотя… Защитить толком он меня не мог, наоборот, от сотрудничества с ним только проблемы, а требовал много, очень. Маранцано, насколько мне было известно, брал со своих людей меньше.

Ладно. Им все равно не так долго осталось, если все получится так, как мне надо.

Последняя остановка — еще один подпольный бар на Мотт-стрит. Его держал один грек, Джонни Адонис, надежный парень и честный. Он всегда платил вовремя, виски не разбавлял, а с полицией договаривался. Кому-то двадцатку сунет, а кому-то нальет рюмочку вкусного чего-нибудь.

И ничего не случилось. Даже обидно как-то. Специально целый день мотался у всех на виду, выманивал… А никто и не напал. Но ничего, случится еще, время придет.

Припарковал машину у тротуара, заглушил двигатель. Открыл дверь и вышел. Двое охранников тут же двинулись за мной, один остался охранять машину. Я же подошел к двери. Естественно никакой вывески о том, что здесь бар, не было. Но о нем знали, сарафанное радио работало. И каждый в этом районе знал, что в «Парикмахерской Джонни» можно накидаться самогоном или пропустить стаканчик нормального виски.

Над головой звякнул колокольчик, и я увидел несколько стульев у зеркала. В одном даже сидел клиент, и мальчишка лет четырнадцати порхал вокруг него с ножницами, стриг и поливал водой из пульверизатора.

И охранник тут был, что для парикмахерской совсем уж нехарактерно. Кому они нужны. Но он узнал меня и кивнул.

Сама мне парикмахерская была неинтересна, но там дальше была еще одна дверь, а за ней лестница, которая вела вниз, в подвал. Я пошел по ней, держась за перила. Ребра еще побаливали, но терпимо. Эта неизвестная сила лечила мое тело, хотя подозреваю, что долго оно не продлится. И от пули в голову или ножа в печень она меня не вылечит вообще никак.

Подвал оказался забит людьми, пусть и не сильно, не пятница все-таки, вечер вторника. Но те, кому захотелось отдохнуть после работы, пришли сюда. Рабочие, мелкие торговцы, даже пара клерков в потрепанных костюмах. Все пили, курили, разговаривали.

Под потолком висел дым сигарет, густыми облаками. Пахло не только им, но и алкоголем, потом, духами. Как и везде, где собираются люди.

Тихо играл джаз — пианино в углу, за которым сидел паренек, похожий на того барбера наверху, как младший брат. Его руки порхали по клавиатуре, получалось неплохо.

Кстати. Еще одна мысль в голову пришла — музыка. Это ведь тоже бизнес, причем легальный. Сейчас у нас джаз и блюз на вершине популярности, но потом ведь придут новые жанры. Рок-н-ролл. Кто его играл? Да в основном черные.