– На берегу. Я тот старый пень с металлоискателем.
Мы хором пробормотали:
– Да, конечно.
И покивали.
– Как, нашли что интересное? – осведомился он. – Кроме жестянок и наушников? – Он усмехнулся. – Хотите, проведу вас по дому? Я много лет доводил его до ума. По сути, это весь мой мир. – Он посмотрел на большое панорамное окно с видом на океан. – Дом и еще берег моря.
Он двинулся вперед своей медлительной шаркающей походкой, однако я чувствовал, с какой гордостью он показывает нам свое наземное судно от кормы до бушприта. Закончили мы на узком выступе, который выдавался из деревьев в сторону океана. Над ним тянулся ряд небольших окон, похожих на иллюминаторы.
– Это то, что мы видели с катера, – прошептал я Мейсону.
Он кивнул, но ничего не сказал.
– Дом я сам спроектировал, – продолжил мистер Мейнард и подвел нас к гостиной – большому открытому пространству. – Знаете, – добавил он, усмехнувшись, – а давненько у меня не было гостей. – Он улыбнулся, посмотрел на нас через плечо. – А дело-то хорошее. – Он раскинул руки. – Смотрите на все, на что захочется.
Мейсон тут же двинулся к столу у стены, на деле представлявшему собой большой корабельный компас. Я отошел к старинной картине с изображением судов, очень большой – она занимала половину стены. На картине было изображено морское сражение среди бурных волн. Над несколькими пушками на бортах клубился дым. А на одном корабле развевался маленький обтерханный Веселый Роджер.
– Пираты, – прошептал я.
– Ух ты! С ума сойти! – Лоуви склонилась над одной из витрин, стекло запотело от ее дыхания.
Мистер Мейнард подошел ближе, протер стекло рукавом.
– Это модель «Мести королевы Анны». Немало я отдал золотых дублонов за эту копию корабля Черной Бороды. Нравится?
Мейсон, присвистнув, кивнул.
– Идите сюда, – пригласил мистер Мейнард и повел нас к еще одной витрине. Постучал по ней изувеченным пальцем. – Это вас, наверное, заинтересует. – Он смерил нас всех троих испытующим взглядом. – Тут лежат мои настоящие сокровища. Те, которые я сам нашел. Некоторые – прямо здесь, на Дьюисе. Другие… – Губы его искривились, он передернул костлявыми плечами. – …в других концах мира.
Мы сгрудились у витрины, вгляделись. Находки были разложены на черном бархате, рядом с каждой имелась этикетка.
– Ух ты, какие пуговицы! – восхитилась Лоуви. – Тут сказано, они времен Гражданской войны.
Мейсон наклонился дальше.
– Классные пули для мушкета. – Он повернулся к мистеру Мейнарду. – Вы их нашли с помощью металлоискателя?
– Именно.
Мейсон улыбнулся, кивнул.
– Я тогда тоже что-нибудь такое найду.
А я вгляделся в коллекцию старинных бутылок разных размеров, форм и цветов – в основном насыщенно-синего, изумрудно-зеленого или медового. Рядом с ними красовались монеты. У меня перехватило дыхание. Я указал на одну, большую, золотую – она лежала отдельно.
– Вот эта, – выпалил я. – Про нее ведь писали в газете, да? Это золотой дублон?
Мейсон с Лоуви подбежали поближе, чтобы получше рассмотреть монету, с которой и началось наше увлечение старинными кладами.
Мистер Мейнард тоже подошел, заложив руки за спину. Улыбнулся – лицо его из сурового сделалось добродушным.
– Он самый, – ответил он. – Самая ценная находка за всю мою жизнь.
Больше ждать я уже не мог. Вытащил из кармана монетки, которые мы отыскали в старом папином сундучке, протянул их Страшиле.
– Мистер Мейнард, вы знаете, что это за монеты?