Лана только-только сама поверила, что ее план сработает, а мир подкидывал ей новую задачку.
— Послушайте, давайте-ка сварим горячего какао, разведем очаг и тогда все обсудим. — Она потерла спину Моти с торчащими позвонками. — Моти, я принесу вам чай с медом — здешний мед целебный. И зайду, когда огонь разгорится.
На кухне она усадила девочек за стол.
— Понимаю, сейчас всем тяжело, но нам нужно убедиться, что с Моти все хорошо, и разжечь для него очаг. Он приболел. Мари, помоги Бенджи вытащить матрас из спальни. Положите его у камина. Я сварю какао. Закончим с этими делами, и я поеду звонить в Хило, — сказала она.
— Моти умрет? — спросила Коко.
— Почему ты вечно твердишь, что все умрут? — воскликнула Мари.
— Я слышала, как они вчера об этом говорили. И он уже похож на покойника.
Мари погрозила ей пальцем.
— Только вслух этого не говори.
Они вчера об этом говорили? Кто «они»?
— Мужчина и женщина спорили, пора ли его забирать. Женщина хотела, а мужчина все повторял, что еще рано, — сказала Коко, словно речь шла о чем-то совершенно обычном.
— Похоже, тебе приснился сон, — сказала Лана.
— Это был не сон!
Мари встала.
— Пойду за матрасом, — сказала она и оставила Лану с Коко наедине.
Отец рассказывал Лане об экстрасенсорных способностях. У него даже была любимая книга на эту тему — «Зов души»: в ней описывались все необъяснимые сверхъестественные феномены. Лану заинтриговало, что Коко слышала голоса.
— Ты всегда слышала то, что не слышат другие? — спросила она.
Коко пожала плечами. Она кусала губу, и на той уже образовалась ранка. Девочка снова была на грани слез и сидела уставившись на свои колени.
Лана встала и помешала теплое молоко на плите, решив не наседать на Коко.
— Я верю тебе, дорогая. Мне просто любопытно. Ведь у меня порой тоже бывают предчувствия. Но не такие сильные, как у тебя.
Смутный гул перед трагедией и воздух, внезапно меняющий цвет. Обо всем этом она рассказывала лишь Джеку, который верил, что человеческий разум — неизведанная территория. В детстве она любила тайком брать книги с отцовской полки, когда его не было дома, и читать о загадках Вселенной — умении читать мысли, памяти о прошлых жизнях, квантовой механике. Ее всегда это интересовало.
— Для меня в этом нет ничего необычного, — тихо ответила Коко.
— Не сомневаюсь, но поскольку не все могут видеть и слышать то, что видишь и слышишь ты, это необычно. Считай это даром, особым умением.
— Папа никогда мне не верил.
— Некоторые люди верят лишь в то, что видят своими глазами. Добавить тебе корицу в какао?
Она говорила с Коко, изображая из себя эксперта, но на самом деле сама во всем сомневалась. Однако, судя по всему, рядом с детьми взрослым ничего не оставалось, кроме как привести в порядок свои убеждения. Коко заслуживала того, чтобы чувствовать себя в безопасности. А Лана стремилась быть непредвзятой. Видит бог, Джек поступил бы именно так.
— Да, пожалуйста.
Лана опустила руку на ее маленькое плечико.
— Я тебе верю. Когда услышишь или увидишь что-нибудь, можешь сказать мне, договорились?
Коко кивнула.