Алое небо над Гавайями: читать начало книги онлайн

Лана развернула грузовик и нажала на газ. Камни можно вернуть на место потом. А можно и не возвращать. Отец всегда любил перестраховываться, и сейчас это сыграло им на руку. И хотя она надеялась, что дом станет для них подходящим укрытием, тоненький голосок в голове напомнил, что речь о Джеке Сполдинге. А от ее отца можно было ожидать чего угодно.

Казалось, не меньше часа они ехали сквозь густые заросли охиа и древесных папоротников высотой с жирафа и внезапно очутились на поляне. В темноте виднелись лишь низкорослые кусты охело[17] на черной вулканической почве. Лана остановилась.

— Приехали? — спросила Мари.

Никакого дома здесь не было. Не было и дороги, лишь черная застывшая лава. В этой части вулкана давние лавовые отложения соседствовали с новыми, и рядом с бесплодной каменной пустыней высился тропический лес.

— Может, это и есть развилка? — предположила Коко.

Лана вышла и заметила уходящую вправо старую грунтовую дорогу; впереди лава раскрошилась и высилась аху — маленькая пирамидка из камней, которой гавайцы размечали тропы на лаве. А она еще думала, что за трещины и козы упоминаются в письме. Теперь все встало на свои места.

— Думаю, нам туда, — сказала она. С каждым словом изо рта вырывались маленькие клубочки пара. — Как вы там, нормально? — окликнула она сидевших в кузове.

Те тихо пробормотали «да».

Пикап поскрипывал и постанывал, карабкаясь вверх по лавовой дороге. Коко сидела на самом краешке кресла.

— А зачем вы построили там дом? — спросила она.

Лана задавалась тем же вопросом. Все, у кого были дома на вулкане, строили их со стороны горы, мýка[18]. Земля там была плодородной, а ландшафт из-за дождей — сказочно богатым. Там росли рододендроны, ежевика, охело, сливы и земляника. В детстве Лана и ее лучшая подруга Роуз Уоллас сочиняли сказки о стайках фей, обитавших в этих местах.

— Вот сейчас и увидим. — Поворачивать обратно было слишком поздно.

Каменные пирамидки помогали разглядеть дорогу, когда были видны, но из-за тумана и темноты Лане пришлось остановиться. Не будь с ней девочек, она свернулась бы калачиком в изнеможении, сомкнула веки и подождала бы до утра. За всю прошлую неделю она спала в общей сложности меньше двадцати часов.

— Надо накрыть фары, чтобы я могла их включить, — сказала Лана.

— Даже здесь, в такой глуши? — спросила Мари.

— Лучше перестраховаться. Теперь это наш девиз, ясно? Видели, какие все стали нервные в Хило? Ни к чему привлекать внимание.

Лана выпрыгнула из машины и закрепила на каждой фаре кусок плотной синей ткани с разрезом посередине. Она не включала фары, пока без них стало никак не обойтись. Но в тумане их свет лишь усиливал окружавшую белизну. Она представила, как впадает в истерику — совсем как Коко, — но подумала и решила этого не делать. Ты здесь единственная взрослая — вот и веди себя подобающе.

Они проехали несколько дымящихся трещин в лаве; девочки свесили головы и руки за окна, а Юнга снова зашлась лаем. Наконец-то они догадались, как согреться. Видимо, родители девочек никогда не привозили их посмотреть на вулкан. Мари рассказывала, что те все время работали.

Ландшафт резко изменился, и они опять очутились в старом лесу. С ветвей свисали нити желто-зеленых лишайников. Какие-то маленькие черные зверьки разбежались из-под колес, и фары наконец осветили узкую дорогу.

— Поросята, — сказала Лана.

— Обожаю поросят! — с восторгом воскликнула Коко.

— Это дикие.

Наконец туман рассеялся и лес поредел. На небольшой травянистой поляне дорога снова разветвлялась. Та тропа, по которой они ехали, уходила вниз, а другая карабкалась вверх по склону. Видимость совсем пропала; Лана так щурилась, что у нее заболели глаза. Ей казалось, что они проехали километров пятнадцать, но никак не один и не два. Она повернула машину и объехала маленькую кедровую рощицу. Если это не здесь, видимо, придется остановиться и заночевать в лесу.

Тут Мари и Коко хором закричали:

— Вот он!

За деревьями стоял длинный одноэтажный дом. Он был обит необработанными досками и отделан планками цвета ржавчины; крыша была оливковая, из жести, а с одной стороны большой террасы стояла пустая пергола. Дом был большой; в нем могли бы поселиться несколько семей. Надпись от руки на указателе гласила: «Хале Ману». Наконец они приехали.

— Дерево растет из крыши? — удивленно спросила Мари.

С того места, где они остановились, действительно казалось, будто прямо из крыши торчит большое дерево.

— Да нет, это только кажется, — ответила Лана.

— А мы сможем выбрать себе комнаты? — спросила Коко. Можно подумать, они отправились в летний лагерь или в поход со скаутским отрядом. В последние десять минут девочка повеселела, и Лана взмолилась, чтобы так и оставалось. Капризы Коко ее вконец измотали.

[17] Кустарник со съедобными красными ягодами из семейства вересковых.

[18] В гавайском языке есть два особых слова, обозначающих расположение: мука и маки (mauka/makai): первое означает «со стороны горы», второе — «со стороны моря».