Но к вечеру осмелел Коська. Есть очень уж захотелось. Подумал, подумал и пошел к бородатому. Отыскал улицу, дом нашел. Домик совсем небольшой, с крылечком. Садик рядом. В садике яблоня растет, перед крылечком подсолнухи желтеют.
Постоял Коська на крылечке, набрался духу и постучал.
И сразу же бородатый вышел. Как будто за дверью стоял, дожидался.
– А, – говорит, – пришел, субчик?!
Испугался Коська. Чуть на пол не сел.
«Наделал, – думает, – делов. Заметет он меня сейчас. И не смыться даже».
Стоит как пень. А бородатый смеется, дверь перед Коськой распахнул:
– Ну, что ж. Заходи, брат. Милости просим.
Коська порог переступил, а показалось, будто верст пять болотом шагал. Ноги не держат. «Скорее бы хоть», – думает.
Ввел его бородатый в комнату. Поглядел Коська – небогато тут живут. Стол, два стула, койка железная, на койке шинель вместо одеяла. Книг только много. И цветочки в банках. А на стенах – картинки. Ленин с протянутой рукой. И рядом гитара висит на веревочке.
Вынул Коська из-за пазухи портрет, протянул бородатому:
– Нате.
А тот будто уж и забыл, о чем договаривались.
– А, – говорит, – карточка! Ладно, положи ее куда-нибудь. Вон на подоконник.
Потом говорит:
– Ну, давай присаживайся. Сейчас мы с тобой шамать будем.
Поглядел на него Коська – смеется бородатый. «Что ж ты, – думает, – надо мной измываешься, бородатое пугало! Брать, так бери сразу».
А тот опять смеется и говорит:
– Садись, садись, не стесняйся.
Сел тогда Коська. Бородатый перед ним тарелку поставил, ножик и вилку положил. Потом говорит:
– Ты посиди минутку, ладно? А я пойду смастерю чего-нибудь.
«Знаю, – думает Коська, – чего ты смастеришь. Лягавить пошел».
Как вышел бородатый, Коська вилку и ножик в карман, тарелку за пазуху и шасть к окну. На подоконник залез, хотел в сад прыгать, да неловко локтем стекло задел, зазвенело оно, полетели осколки в стороны. Охнуть Коська не успел – цап его кто-то за ногу. Оглянулся – бородатый стоит. Смеется опять.
– Ты что же это? – спрашивает. – А? Куда же это ты собрался?
Не выдержал Коська, с подоконника на пол скатился и заревел благим матом. Думал – бить его сейчас бородатый будет. Съежился весь. А тот на корточки рядом с Коськой присел и ладошкой лохматую Коськину голову гладить стал.
– Что с тобой? – спрашивает. – Эй, парень! Да что с тобой? Зачем плачешь?
А Коська не слушает – воет, как дворняжка голодная. Не разберешь, что и говорит:
– С голоду я украл. Не вор я… Ремешок сам свалился.
– Какой ремешок?
А Коська: