– Что значит попался? – не понял Ленька.
– О господи… Никола морской… мирликийский, – вдруг тяжело завздыхал старик, потягиваясь и поглаживая под жилеткой спину. – Ну, ладно, – сказал он, – возьми швабру – пропаши пол в судомойне.
Ленька не был уверен, что «пахать» пол в судомойне входит в его обязанности, но все-таки взял швабру и пошел за стариком в заведение.
Через некоторое время пришел хозяин – Адольф Федорович Краузе.
– Молодец, – сказал он, увидев Леньку за работой. – Мальчики должны приходить раньше всех.
К восьми часам стали собираться и остальные рабочие заведения. Их было всего человек пять или шесть.
Все лимонадное производство помещалось в двух небольших комнатах, разделенных тяжелой каменной аркой. В одном помещении, побольше, стояла укупорочная машина. Девушка в клеенчатом фартуке, пользуясь маленьким цинковым стаканчиком с длинной ручкой, разливала по бутылкам сладкий фруктовый сироп. Другая девушка, купорщица, брала у нее бутылки, ставила их в машину, нацеживала из крана газированную воду и поворотом рычага ловко загоняла в горлышко бутылки пробку. Мальчик Ленькиных лет вертел колесо, которое приводило в движение весь этот мощный агрегат. В соседнем помещении стояла большая деревянная лохань, в которой мыли бутылки. Там же на кухонном столе две девушки оклеивали бутылки этикетками: «Лимонад», «Ситро», «Безалкогольное пиво Экспресс»…
Конечно, все это имело довольно жалкий вид и было совсем не то, о чем мечтал Ленька. Но все-таки, как-никак, это был завод. Не Обуховский и не Путиловский, но все-таки и здесь были машины, и люди, которые здесь работали, назывались рабочими и работницами.
В глубине души Ленька надеялся, конечно, что его сразу же поставят к машине. Но к машине его не поставили.
Он сидел на пустом ящике и любовался, как быстро и споро работает высокая белокурая купорщица, когда в комнату заглянул хозяин и ласково позвал его:
– Леня!
Ленька вскочил и вышел в коридор.
– Да?
– Ты город хорошо знаешь, голубчик?
– Нет, не очень, – сознался Ленька.
– Ну, ничего, на первых порах тебе поможет Захар Иванович.
– Какой Захар Иванович?
– Вот этот старичок в жилете, который несет ящик… А читать ты умеешь?
– Я учился в третьем классе, – сказал Ленька.
– Прекрасно. Захар Иванович, наоборот, разбирается в грамоте слабо. Поможешь ему читать накладные. Сейчас вы поедете на Невский, угол Морской, отвезете два ящика пива в ресторан. Оттуда проедете к Александровскому парку… адрес в накладной указан. Потом съездите ни Васильевский остров… фруктовый магазин угол Большого и Четвертой линии. Там оставите остальные три ящика…
– А на чем мы поедем? – спросил Ленька, живо представляя себе это длинное и разнообразное путешествие по любимому городу.
– На чем поедете? На тележке. Собственно говоря, вы не поедете на ней, а повезете ее… Но это все равно. Захар Иванович тебе поможет. Он улицы знает хорошо. Только, пожалуйста, – ласково сказал хозяин, – будь осторожен. Имей в виду, что за каждую разбитую или пропавшую бутылку я штрафую…
Тележка уже стояла у крыльца. Мрачный Захар Иванович сидел на ящиках с бутылками и докуривал махорочную цигарку.
– Захар Иванович, познакомьтесь, – сказал Краузе. – Ваш новый помощник.
– Мы уже познакомились, – сказал Ленька.
Старик искоса посмотрел на Леньку, заплевал окурок и поднялся.
– Подержи тележку, – приказал он мальчику.
Ленька взялся за гладкий, отполированный руками возчиков поручень. Старик поставил на тележку восемь ящиков с лимонадом и пивом и обвязал их веревкой. Хозяин пересчитал ящики, записал что-то в тетрадку и передал старику накладные.
– С богом, Захар Иванович, – сказал он. – Уж, пожалуйста, голубчик, поспешите, не задерживайтесь. Ведь вас теперь двое.
– Уж это конешно, – забормотал старик. – Парой-то легше. Не изволь беспокоиться, Адольф Федорыч. До обеда отмахаем.