— Да? Очень жаль… — надула губы, разыгрывая разочарование, но глаза её смеялись.
— Но кто я такой, чтобы омрачать столь прекрасный день?
Ловким движением, словно фокусник, достающий из воздуха монету, я поставил перед ней маленькую фарфоровую тарелочку. На ней аккуратной горкой лежало то самое лакомство — «Маг чак-чак», воздушный, хрустящий, пропитанный медовой сладостью. Горошины счастья.
Глаза Миалы вспыхнули, как угольки, а губы сами собой сложились в восхищённую улыбку.
— Презент от заведения.
Она даже не попыталась скрыть восторг, тут же принявшись за угощение, а я тем временем перевёл взгляд на её мужа.
Сейчас начнётся игра тонких намёков. В которой я ни черта не соображаю.
— Боюсь, Кайлос, вы так быстро разоритесь, если станете разбрасываться столь ценными подарками, — усмехнулся мужчина в белом камзоле, но в его глазах читалась насторожённость. А я смотрел на одежду и подумал — классно выглядит. Хочу себе такой же.
Я позволил себе улыбнуться — той самой обезоруживающей улыбкой, что срабатывала даже с самыми подозрительными.
— Я никогда не делаю ничего просто так.
Руки Миалы, изящные, но с едва заметными шрамами, свидетельствующими о боевом прошлом (уж слишком они были точны в движениях, чтобы принадлежать простой женщине), замерли в воздухе, так и не коснувшись медового шарика.
— Моё желание угостить вашу прекрасную — и, должен заметить, невероятно очаровательную — супругу говорит лишь о том, что деньги для меня ничто. А вот добрые и… — я намеренно сделал паузу, — доверительные отношения — всё.
Тишина за столом стала гуще.
А я сидел крутил все фильмы в голове. В которых главный герой разговаривал с сильными мира сего. Дабы выбрать манеру поведения. Выстроить диалог, дабы не показаться смешным.
— Ведь золото — всего-навсего презренный металл. Его легко добыть, переплавить, потерять… С ним ничего не происходит. Но доверие… — Я медленно провёл пальцем по краю бокала, и хрусталь тонко звякнул. — Оно хрупкое. Разобьёшь — не склеишь. Потеряешь — не вернёшь. Его дают один раз.
Пока я говорил, в воздухе между нами заструилась едва уловимая рябь — я активировал Источник, выпустив ровно столько энергии, чтобы мои собеседники ощутили разницу. Всего на одну ступень, ну или ранг, как им удобнее говорить, выше Миалы — не более. Не угроза, не вызов… Так, к размышлению.
Их лица побледнели.
Они оба знали: это не значит, что я сильнее. Скорее наоборот — опытный боец способен убить и более мощного противника. Тем более после того, что мне показал Вортис, я и сам не был уверен в своих силах. Как только праздник закончится — все свободные часы уйдут на тренировки.
— Кушайте, кушайте, оно действительно вкусное, — мягко сказал я, отодвигая стул. — А мне, пожалуй, пора. Приятного вам время препровождения. Будем рады видеть у нас ещё.
Конечно, ушёл я не просто так. Я ожидал разговор за спиной.
Выйдя из-под навеса, я намеренно замедлил шаг, позволяя магии усилить слух.
— Что-то мне расхотелось это есть, — прозвучал сдавленный голос магессы теней.
— Так не ешь, в чём проблема? — отозвался Пьерос, но в его тоне не было привычной уверенности.
Шорох платья, шаги… Она встала, чтобы уйти, но в последний момент передумала. Лёгкий хруст — первый шарик исчез у неё во рту.
Тишина.
Потом — едва слышный выдох, и напряжение спало.
— Этот Кайлос… — голос Миалы звучал странно — смесь недоверия и чего-то, похожего на восхищение. — Ты уверен, что ему пятнадцать? И что он адепт?
— Если бы ты спросила до сегодняшнего дня, я бы поклялся. Теперь… не знаю.
Ещё один шарик — на этот раз мужу. Остальные три она съела сама, закрыв глаза, полностью отдавшись наслаждению.
Опытные люди. Очень опытные, — пронеслось в голове. Ни слова о деле. Ни намёка на тревогу. Вместо этого — непринуждённая беседа о путешествии в королевство дракосов, о закатах над огненными каньонами, о месяцах, проведённых так, будто никаких тайных игр не существовало вовсе.