С этими словами нервная маска спала с Клары, как смытая водой; вместе с ней — и золотые пряди.
Воздух вокруг дрогнул от магии, и дрожь пробежала по образу: дрожащая, светловолосая служанка исчезла. На кресле сидела другая — рыжеволосая драконийка с маленькими коричневыми рогами и лицом, которое Мэл узнала мгновенно.
Вера.
— Рада видеть тебя снова, Вера, — произнесла Мэл. — Но я имела в виду не это. Покажи своё истинное лицо, ведьма.
Фырканье — раздражённое, и иллюзия рухнула, как дым под ветром. Рыжеволосая дрогнула, сложилась и растворилась.
И вот она — настоящая.
Женщина редкой красоты; бронзовая кожа — полотно чёрных чернил: узорные тату, взбегающие по кистям, вьющиеся змеями по предплечьям до локтей — ведьминские метки, не спутать.
А глаза.
Не карие. Не голубые.
Фиолетовые.
Зеркало глаз Мэл.
Ведьма смотрела на них с насмешливой ленцой, будто они явились по её зову, будто это она призвала их в эту комнату, а не наоборот.
Она медленно выдохнула; губы изогнулись в полуулыбке:
— Что ж, что ж, — протянула она. — Полагаю, стоит похлопать.
Вера заметила, как Мэл напряглась. Та ожидала маску — да. Была готова к обману. Но голос, прозвучавший — холодный, жестокий, тяжёлый силой — это был не голос той служанки, которую Мэл знала.
На миг в глазах Мэл мелькнуло что-то непривычное.
Жалость.
И ведьма поняла: Мэл по ней скучала.
По другой Вере. По той, что возилась с её платьями, расчёсывала по утрам спутанные волосы, ровно складывала простыни — и ни разу не говорила с тихой, ядовитой сталью, которая сейчас звенела в словах этой женщины. Но той Веры никогда и не было, верно?
Всё — ложь.
— Как тебя называть? — спросила Мэл.
Ведьма откинулась в кресле так, будто это трон:
— Вера. Это моё имя. — Она лениво провела пальцем по резьбе подлокотника. — Мне не хотелось менять. Пару лет назад оно было в моде в этих землях. У драконийцев значит «лето». А в ведьминских землях — «вера». Одно из немногих имён, что живут в нескольких королевствах.
— Зачем ты здесь? — Мэл не повелась. Её не интересовала поэзия имён.
Ведьма приподняла бровь. Есть вещи, которых она не скажет — ни им, ни кому-то ещё. Но на этот раз она позволила сквозь губы проскользнуть тонкой щели правды.
— Я здесь, чтобы помочь тебе, — спокойно ответила Вера. В фиолетовых глазах темнели камни света. — Помочь тебе убить твоего мужа.
Глава 35
Хэдриан был у меня первым во всём.
Я хочу, чтобы он стал и последним.
Табита Вистерия