Она губы поджала, и этой же рукой в масле повозила по макушке Кайо, по едва отросшему ежику волос.
— Опять все сгорят, — вздохнула. — Я так на тебя с волосами и не посмотрю.
— Да что там смотреть? — удивился он. — Так же как без волос, только с волосами.
У Алиши волосы светлые, струящиеся волнами, ослепительно голубые глаза. Каждый мужчина в труппе, да и не только, был бы счастлив, если б такая девушка одарила его благосклонным взглядом. Но Алиша отчего-то решила, что ей нужен Кайо.
Обошла его сзади, принялась сосредоточенно, даже с некоторым остервенением мазать плечи и спину. Ногтями бы поцарапала, если б только процарапать могла.
— Могу поспорить, — мстительно, сквозь зубы, буркнула она, — твоя Марит сегодня с кем-нибудь из благородных господ упорхнет. Она присматривается уже.
— Это ее дело, — холодно сказал Кайо. Обсуждать такое он был не настроен.
— Половину синих Тобби на ночь уже продал, — сказала Алиша.
— А тебя? — Кайо криво усмехнулся.
Алиша зло засопела, толкнула его в спину. На самом деле, никакой свободы выбора у нее нет. Не отказать, под кого бы Тобби не решил ее подложить. Даже уйти от него она не может. Не то, чтобы Тобби держал, он всегда широко улыбался и говорил, что двери открыты… Рыжая Сьют пыталась уйти. А потом, через два дня, ее нашли в канаве, мертвую и изуродованную. Кайо, возможно, уйти бы удалось, его сложно остановить… но у него свои причины. Да и с него только танцы, по большей части.
— Все, я закончила. Вставай!
2. Луцилия
Луци осторожно поглядывала на Дункана. Почти украдкой, из-под ресниц.
Их отправили прогуляться в саду, так, чтобы без лишних глаз, чтобы они могли почувствовать себя свободнее и поговорить, лучше узнать друг друга. Хотя отец Дункана считал, что это дурь и блажь, разве что Дункан сам хочет присмотреться к невесте, тогда имеет смысл. А вот Луци тут никто не спрашивает, дело женщины — молчать и быть покорной.
Дункан сказал, что хочет. Луци молчала.
Не то, чтобы она особо покорной была, отец никогда от нее такого не требовал, но будущий свекор, старший Терлак слишком пугал. Жесткий, даже жестокий, резкий, своевольный, не терпящий возражений. Глава одного из старейших и сильнейших драконьих кланов, и ей повезло, что она теперь войдет в такую семью.
Ей повезло. Об этом говорили все — отец, мать, родственники, слуги по углам шептались. Это выгодный брак, он послужит процветанию ее дома. Отец Луци тоже силен и богат, но принадлежит к новой молодой ветви, на его счету скорее личные заслуги перед короной, чем слава предков. Так что Терлаки оказывают честь…
Луци помнит, как ее осматривали, перед тем, как согласиться на такой брак. Унизительно. Словно корову на базаре. Здорова ли, даст ли хорошее потомство, сильная ли кровь. Со всех сторон, смотрели зубы, раздевали догола… Хорошо хоть раздевали только в присутствии женщин, а то Химиш Терлак сам порывался достоинства юной невесты оценить. Но тут отец Луци сказал, что такого не будет, и если Химиша что-то не устраивает, то давайте на этом и закончим. Луци понимала, что это был очень смелый поступок, влияние Химиша очень сильно, но отцу тогда сошло с рук, и помолвка была объявлена.
Сегодня вечером пир в честь помолвки. Через полгода свадьба, все, как полагается.
Луци страшно становилось.
Тем более, что Дункану, ее будущему мужу, она очевидно не нравилась. Не интересовала его. Он смотрел на Луци — скорее снисходительно и устало, как на неизбежное зло. Он был вежлив, но не более того.
Но это не страшно, пусть так. Главное, чтобы Дункан не оказался похожим на отца.
Они шли по дорожке в парке, и Луци не знала, что сказать.
— Вы меня боитесь? — спросил Дункан.
Луци качнула головой. Она пока не знает, что от Дункана ждать. Вот его отца — боится. Луци видела, как Химиш обращается с людьми, как он мимоходом сломал руку лакею, который что-то не так ему подал. Она даже говорила с отцом о своих страхах… «Дункан не такой, — отец погладил ее по волосам, — не бойся его. Я знаю Дункана давно. Он немного избалованный и слегка самовлюбленный, но неплохой парень, по сути. Просто еще молодой. Но главное, он своих в обиду не даст. Даже отцу не позволит, справится. Уверен, с ним тебя ждет отличное будущее».
— Для меня честь стать вашей женой.
Дункан фыркнул, вышло чуть презрительно.
— Но вас это не слишком радует.
А должно? Луци очень хотелось спросить это вслух.
— Разве у меня есть выбор? — тихо сказала она.