Йен позволил себе чуть повысить голос:
— Так вызовите мага из Центрального участка! Пусть маг обследует метро.
— Мага?! Вы отдаете себе отчет — сколько стоит один вызов мага?! Мне напомнить вам, сколько раз по вашей нелепой прихоти я уже вызывал магов? Вы представляете, во сколько это обошлось бюджету полиции?!
Это начало утомлять.
— Лар Дафф… Вешайте все на меня — отвечать за все буду я, но прошу вас — закройте ветку метро. Неужели вам нужны новые жертвы.
Дафф снова сел и мстительно сказал:
— Вот будут жертвы — тогда и поговорим, а пока у нас только вырытые из могил тела и ваше нелепое утверждение, что в Трубе живет чудовище. Идите, пока я не заставил вас положить документы на стол. Я же и отправить вас в отставку могу за несоответствие должности. За нелепый бред с пауками и свежими трупами, когда всем видно, что тела прошлогодние. Идите, Вуд, и займитесь чем-нибудь полезным! У вас еще дело о клевете горничной не раскрыто!
Йен скрипнул зубами и пошел заниматься полезным — он занял единственный телефон в участке. Сперва позвонил в Центральный участок, но там, только узнав фамилию звонившего, особо вникать в проблему не стали. Тела старые — это вчера, проверявшие тела на магию мертвых, подтвердили. В осмотре сегодняшнего трупа смысла не было. Да и никаких свидетельств о пауке в Трубе не было. Йен снова выругался и принялся вызванивать Шейла или Маккея — хоть кого. Только под вечер найти их было нереально.
Даже Клауд, уже вернувшийся в участок и поддерживающий Йена, не выдержал и фыркнул:
— Свалил бы все на гаэльгов, вновь пытающихся взорвать ветку, как пять лет назад, и то быстрее было бы, чем какой-то паук, которого, кроме тебя, никто не видел. Жаль, что вагоны третьего класса отменили — не пришлось бы пауку таскать жертв с платформ… И да, не смотри так на меня, Йен. Сам понимаю — шутка так себе, преотвратная.
Только кое-как добравшись до Маккея — Йен его заловил по телефону в Магическом совете, все удалось решить. Маккей, спокойно выслушав Йена, рассказавшего об особо опасном преступнике, спрятавшемся в метро, сказал:
— Готовьтесь заходить в Трубу через час. Успеете?
— Да, конечно, — облегченно выдохнул Йен. Стыдно за ложь ему не было. Паук тоже преступник, пусть и не человек. Йен уже понял, что никто ему не поверит, даже Маккей.
— Помощь нужна?
— Нет, милар…
— Тогда удачи. Если что-то будет нужно — действуйте от моего имени.
— Благодарю, милар. — Йен повесил трубку на рычаг и прикрыл глаза — Маккея он не понимал, но как же хорошо, что тот на его стороне, хотя бы сейчас. Пусть и немного обманным путем.
Один звонок Маккея, и знаменитая Труба принялась выплевывать пассажиров — только через час всю ветку смогли остановить, а потом принялись перекрывать станции, чтобы паук не вырвался из облавы. Йен решил, что сперва надо проверить перегон между станциями площади побед Уильяма Третьего и площадью Согласия. Именно тут нашлись трупы жертв, и именно тут, на Примроуз-сквер, утверждала Дари, жили мелкие пауки — быть может дети того самого, обитавшего в Трубе.
Дафф самоустранился — то ли ему позвонил Маккей, то ли сам решил перестраховаться.
Вуд был благодарен Даффу за то, что не мешался под ногами. Хорошо, что Йену в любом случае, и в случае с удачей в операции, и в случае неудачи, тут больше не работать — переведут в Центральный участок, где его уже заранее невзлюбили.
Тоннели метро на станции площади Согласия перекрывали констебли участка с Экспириэнс-стрит — Йен решил воспользоваться разрешением Маккея для привлечения дополнительной помощи.
Констеблей с Примроуз-сквер Йен вооружил и разделил на три отряда — один под руководством сержанта Кука должен был остаться на станции, два, под руководством самого Йена и Клауда, углубиться тоннели, проходя их от площади побед Уильяма Третьего до площади Согласия.
Руководство Трубы выделило Йену двух сопровождающих — пару солидных путейцев, работающих тут с самого начала прокладки рельс. Услышав про паука, которого собирались искать констебли, один из путейцев, мужчина лет сорока, фыркнул:
— Ну ты даешь, Милн! Все тебя сумасшедшим считали, а надо же…
Йен тут же устремил взгляд на пожилого путейца с лицом не просыхающего пропойцы — красная в рытвинах кожа, нос картошкой, спрятавшиеся под отечными веками глаза.
— Милн? Вы видели паука?
Тот дернул плечом в старой грязной рабочей одежде:
— Я бы не назвал его пауком — так, тварь какая-то, на лобстера похожая. Огромная, собака, больше двух ярдов, куча лап, куча глаз… Только ж мне не верили.
Его напарник Томпсон сплюнул с платформы:
— Ага… Говорили, пить надо меньше. Хотя и Фриц говорил перед увольнением, что видел какую-то непонятную зверюгу. Только кто ж верит-то такому. — Он почесал в затылке, чуть не теряя кепку. — В самом-то тоннеле машинисты не видели ни разу эдакую тварь.