— Я справлюсь.
Сноу подошел ближе:
— Реликт выполз… Вот скажите, откуда у Ловчего магия стазиса, характерная для Эль Ореля, который дружил с Маржином?.. Вы бы им хоть нумерацию какую-нибудь давали, а то Эль Орель, новый Эль Орель, и еще один, и тот, который Последний — вот же дрянь еще та…
— Боярышник. Его звали Боярышник.
— А. То есть имена все же у вас были. И кто тогда вы?
— Важно?
— Интересно просто.
— Дуб.
— Просто Питер. Сноу — кличка, а не родовое имя. И стазис, то есть туман ваш… Вы видите, что он делает? С ним что-то можно сделать?
— Я его вижу первый раз в жизни. — признался Йен.
— Не поверите, я тоже. Я о таком лишь читал. Если его не убрать, то скоро это место просто исчезнет.
— З-з-замечательно! — не сдержался Йен, направляясь к провалу, — Озорник! Сюда, пожалуйста!
Звать Даринель было бесполезно — она, хоть и маг, была так же необразованна, как и Йен.
Сноу ему в спину сказал:
— Зато Шейлу будет легче — ста… Туман ползет из провала, он рождается где-то там, где Шейл, а это значит, что тот не истечет кровью и не переохладится, и не умрет от боли. В стазисе сложно сделать все это.
Йен даже обернулся на Сноу, продолжавшего его хмуро рассматривать. В голове мелькнула странная мысль, и Питер хмыкнул:
— Вот-вот, с чего бы такая забота…
Из провала вылетела Дари, замирая перед Йеном:
— Тебе нужен Озорник?
— Где он?
— Он плетет защиту — просил его ближайшие часы не трогать, а что?
Йен сжал зубы — расспрашивать Райо сейчас не вариант, придется довериться Сноу, но стоит ли это делать? Дари напряглась и тихо сказала:
— Йен, тут внезапные гости.
Он еще не успел обернуться, как раздался знакомый голос:
— Добрый день, лэсы! Я рад, что приехал сюда так вовремя.
Йен с удивлением заметил Одена с огромным свертком в руках в компании с профессором Галлахером.
Сноу с улыбкой приветствовал их, протягивая ладонь для рукопожатия:
— Профессор Галлахер, Дани, я рад, что вы тут. Тут…
Оден оборвал его:
— Я вижу — тут все несколько вышло из-под контроля, но до катастрофы еще далеко. Очень далеко.