— Зачем Вы позвали меня сюда? — спросил он.
— А Вы хотите снова побывать в участке? В допросной? Это легко устроить, — синие глаза Уильяма смеялись. — Но сегодня слишком хороший день, чтобы сидеть в четырех стенах.
Прищурившись, он посмотрел вверх, на солнечные лучи, которые щедро лились через раскидистые кроны.
— И чем же он так хорош? — с подозрением поинтересовался Филипп.
— Мы нашли убийцу лекаря, — сообщил Уильям таким будничным и светским тоном, что его захотелось стукнуть. — Это оказался наемник, за которым мы гоняемся уже года три. Виселица по нему давно-о-о плачет. И он раскололся, назвав имя заказчика, который заплатил за то, чтобы убить лекаря и вымыть ту чашку. Причем, очень тщательно. Так, что даже лучшие из лучших не смогли на ней ничего обнаружить.
— Так значит, мы теперь знаем заказчика?! — Филипп задохнулся от удивления.
По его скромному мнению, такое нужно было сообщать сразу! А не посреди размеренной прогулки по красивому парку. Но для Уильяма подобное, похоже, было привычным делом. Вот он и доставал новости лениво, как карты из колоды для пасьянса.
— Заказчицу. Имя Салли Джертон Вам о чем-то говорит? Конечно, говорит, — Уильям остановился напротив, подаваясь вперед. — В высшем обществе шепчутся, что у вас была интрижка в прошлом. А может, и сейчас. Но надеюсь, Вы не собираетесь ее покрывать?
Филипп был шире этого Уильяма в плечах, но почувствовал себя жертвой, которую загоняют в угол! Слишком близко оказался этот чертов дознаватель, слишком пронзительным стал его взгляд. Казалось, наизнанку все мысли вывернет, перетряхнет и все грязное белье из них достанет!
— Я… нет, конечно, нет, но… — растерялся Филипп, не сразу восстановив дыхание. — Салли не могла!
— О, так Вы до сих пор питаете к ней теплые чувства? — Уильям насмешливо приподнял брови.
Такой сладенький тон! Да Филипп попросту стиснул кулаки, резко и горячо выдыхая от злости. Ведь… почувствовал себя полной скотиной. Если Салли — убийца, значит, он сам навлек беду на Элион?
— Нет. Я люблю свою жену, — процедил Филипп. — Просто не верится, что такое могла сотворить женщина…
— Женщины на многое способны. Особенно коварные и отвергнутые. Поэтому я предпочитаю с ними не связываться. Моя жена — работа, — рассмеялся Уильям, но потом посерьезнел. — Но есть одна проблема.
— Какая? — Филипп напрягся всем телом.
Уильям так легко обо всем говорил, что ожидать можно было чего угодно!
— Салли пропала. Как только дело приняло опасный для нее оборот. Естественно, на выездах из города стража, и она предупреждена. Скорее всего, Салли где-то в столице. Мы проверили ее подруг, родственников, любовников… о, не делайте такие глаза, лорд Хоуп! Вы думали, Вы у этой вертихвостки единственный? — Уильям мелодично рассмеялся на то, как Филипп часто задышал от гнева, как бык на красную тряпку. — Но это неважно. Скажите, где она может быть?
Филипп честно задумался. Он нахмурился, перебирая в голове все, что слышал от Салли. Хотя, если честно, они мало разговаривали о чем-то серьезном. Соблазнение, мягкое, но настойчивое, — Салли не сходила со своей линии поведения. В нее не вписывались сплетни о каких-нибудь знакомых, у которых она могла бы перекантоваться.
— Даже не знаю… — наконец вздохнул Филипп, разочарованно качнув головой.
— Если что-нибудь вспомните, Вы знаете, где меня найти, — Уильям почти дружески слегка похлопал его по плечу. — Помните, что Салли опасна для Вашей жены и ребенка. И где гарантия, что заполучив Вас, она не захотела бы стать счастливой и богатой молодой вдовой, столкнув Вас с лестницы?
— Что Вы такое говорите? — отшатнулся Филипп.
— Ничего такого, — усмехнулся Уильям, сделав невиннейшие глаза. — Будьте осторожнее на лестницах. И с любовницами. До встречи, лорд Хоуп.
Он направился обратно в участок, который находился в двух шагах от парка. Первым порывом Филиппа было взять экипаж и забрать Элион домой! Пусть даже связанную. Можно даже с кляпом. Чтобы гадости говорить не могла. Но Филипп понимал, стоит рассказать Элион про Салли — и начнется тако-о-ое… Он прижмурился, проводя ладонью по волосам. Нужно было придумать, как рассказать об этом помягче! Да и самому остыть. Так что Филипп решил сначала заглянуть к себе в замок. Вот только там его ждал сюрприз. Уже у дверей подбежал слуга, протягивая письмо.
— Вам записка от Салли Джертон.
Филипп буквально вырвал конверт из рук слуги. В нем оказалась короткая записка. Приглашение. Салли лишь намекнула на белые цветы и дождь, но Филипп понял, о чем идет речь. Однажды, в юности, он пригласил ее на прогулку. Но свидание испортил внезапный ливень. Им пришлось заскочить в первую попавшуюся дверь, чтобы не проникнуть до нитки. В итоге, пережидали дождь в обычной таверне, среди простолюдинов, а Салли морщилась, понимая, какой белой вороной выглядит среди них. В своем богатом платье с букетом лилий в руках.
— Значит, ты ищешь со мной встречи? Хорошо, Салли. Я приду, — тихо прорычал Филипп, и взгляд не предвещал ничего хорошего.
Войдя в таверну, Филипп осмотрелся. За столами сидело несколько компаний. Неопрятного вида забулдыги, которые то и дело заказывали добавку себе в кружки.
Филипп сразу и не заметил фигурку в темном углу. Ведь Салли сидела в тени, далеко от люстры-колеса со свечами. Огарок, стоящий на своем столе, она зажигать не стала. Да и вовсе куталась в темный плащ с капюшоном.
Увидев Филиппа, Салли встала и молча подошла к нему. Она взяла его за руку, увлекая к лестнице. Там, наверху, находились номера для постояльцев. Возле нужной двери Салли приподнялась на цыпочки, чтобы промурлыкать Филиппу на ухо:
— Я оплатила нам комнату. Хорошо, что здесь не задают вопросов. Если хорошо платишь. Так что номер наш на всю ночь.