Его версия дома: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Оно ему подходило. Короткое. Звучное. Опасное. Оставляло вкус металла и тёмного леса. Чужое. И оттого ещё более притягательное. Он позволил имени повиснуть в воздухе, затем добавил с одобрительным удивлением:

— Генерал не говорил, что у него есть третий ребёнок. Похоже, самое главное сокровище под строжайшей охраной.

Я не ожидала этих слов. И уж точно не ожидала, что они так заденут — как прикосновение к онемевшему месту. Тёплая волна смыла на миг ледяной ком обиды. «Сокровище. Под охраной». В его устах это прозвучало не как насмешка, а как констатация факта. В этой прямолинейности было что-то приятное. Освобождающее.

Я потянулась к мини-бару, чувствуя, как его взгляд следит за каждым движением.

— Вы просто рано приехали... — заговорила я, пытаясь вернуть разговору лёгкость. — Не успела всё приготовить. Может, хотите выпить? Чай, кофе, виски?

Мне отчаянно хотелось увести всё в безопасное, проторенное русло. Музыка за спиной растворилась, стала просто фоном перед его сосредоточенным вниманием.

Он не ответил сразу. Его глаза скользнули по бокалу в моей руке, потом вернулись к моему лицу.

— Виски, — сказал он наконец. — Если это не будет слишком большой наглостью.

— Да что вы... — я автоматически повернулась к полке, взяла отцовскую бутылку с тёмно-янтарной жидкостью. — Он хранит его для особых случаев.

Налила, как делал отец для важных гостей, и протянула бокал. Лёд тихо зазвенел.

Он забрал бокал, его взгляд не отрывался от меня. Он оперся о кухонный островок и просто наблюдал. Не оценивал, как отец. Просто внимал. Как будто в мире не существовало ничего, кроме кухни, виски и меня.

Отпив, он издал удовлетворённый звук где-то в горле — низкий и тёплый, как мурлыканье крупного зверя.

— Твой отец знает толк, — констатировал он обычным голосом. И смотрел на меня не как на статиста в семейной пьесе. Просто как на человека. В этой простоте была разоружающая ясность.

— А где родители? Или у них тоже внезапные планы? — он отпил ещё глоток, и его губы дрогнули в непринуждённой, кривой улыбке. Искренней, как то самое мурлыканье.

— Они на совещании по поводу клиники... — начала я заученную отговорку. — Задержатся. Ещё раз простите...

Мой голос, вначале пытавшийся быть уверенным, к концу предательски дрогнул и сжался в шёпот. Стыд вспыхнул под кожей. Непорядок. Слабость. Опять.

Он будто почувствовал это кожей. Его улыбка не исчезла, но в глазах промелькнуло что-то мгновенное — не жалость, а понимание. Быстрое, как вспышка.

— Эй, малышка, всё в порядке, — его голос стал на полтона мягче, без панибратства. — Я подожду. Тем более в компании милой девушки.

Последнюю фразу он произнёс с игривой интонацией, и от абсурда ситуации — я, дрожащая в своём доме, он, утешающий меня с бокалом виски, — мы одновременно похихикали. На миг возникло странное ощущение — будто мы знаем друг друга сто лет.

Но смешок замер так же быстро. Он покачал головой.

— Чёрт, извини старика. Я веду себя как последний козёл. Если честно... семья генерала всегда была и моей семьёй тоже.

Он сделал паузу, его взгляд стал пристальным.

— А тут оказывается, у нас есть ещё одна дочка, — закончил он тихо. Не с вопросом, а с принятой к сведению констатацией. В его устах это не звучало как что-то лишнее. Звучало как неожиданное, но принятое дополнение.

Я не ответила. Воздух загустел вокруг этих слов. Но чёрт возьми… это было просто по-человечески приятно. Не «проблемная», не «младшая». Дочка. В его произношении это слово лишилось привычной горечи.

Я машинально заправила прядь за ухо. Щёки горели. Я опустила взгляд не от стыда, а от странного ощущения — будто меня только что признали членом клуба, о котором я не знала.

— Раз у нас есть время, расскажи о себе, — сказал он. Не требовал, а предлагал. Как будто в самом деле хотел знать.

Обычно такая просьба заставляла меня внутренне съёживаться. Но от Коула исходила другая энергетика. Острая, всё видящая — и в то же время создающая почти физическое ощущение безопасности.

— Мне двадцать, учусь на юрфаке… — слова полились сами, ровно и чётко. Во мне не было привычного зажима. Какая-то непривычная лёгкость наполнила грудь.

— Что ещё? — прямо спросил он, без пауз.

— Занимаюсь волейболом, играю в университетской лиге, — выпалила я, внутренне готовясь к привычному обесцениванию.