Её губы изогнулись в робкой, но тёплой улыбке, и она послушно сделала, как я сказал. Я поехал следом и не уехал, пока она не вошла в здание Департамента опеки и не скрылась за дверью.
— Думаю, начнем программу с показательных боев, — предложил Эван, крутясь на стуле в студии Джерико, весь светясь от энтузиазма. — С тобой и Матео, может, с Джерико и мной. Пусть дети увидят, что это весело или хотя бы может быть.
Я невольно улыбнулся.
— Звучит умно. Думаю, если они увидят всё вживую, это поможет. Могу еще Линка подключить — он дерется чертовски неплохо.
Жених Арден хоть и миллиардер, но в ринге держится уверенно.
Эван кивнул.
— Видел его. Без шуток. Вот бы Арден могла сразиться — девчонкам важно увидеть женщину в деле.
— Последнее, что нам нужно, — это Линк, сходящий с ума от того, что его беременная невеста лезет в спарринг. А вот Серена выйдет. Она любого из нас уделает.
Эван расхохотался, отбивая ритм ручкой по блокноту.
— Точно.
Колокольчик над дверью звякнул, и в тишину ворвался голос:
— Чувак, какого черта?!
Я повернулся — в студию ворвался Джерико. Лицо злое, как гроза, и я не имел ни малейшего понятия, почему.
— Что случилось?
— Ты не считаешь нужным позвонить и сказать, что Джокер, мать его, мертв?! — выплюнул он.
Брови Беара взметнулись — и от новости, и от тона Джерико. Как заядлый байкер, он знал все местные клубы и помнил, во что мы с Джерико вляпались, когда были моложе.
— Что? — выдохнул Эван.
Черт.
Он был прав. Надо было позвонить.
— Прости, — выдохнул я. — Просто… Фэл, девочки, куча всего навалилась.
Костяшки Джерико хрустнули — он сжал кулаки.
— Мне нужно знать, что ты прикроешь мне спину.
— Ты знаешь, что прикрою. Но Трейс сказал, что заедет к тебе первым делом утром.
Он кивнул коротко, рывками.
— Извини. Просто… это ж полная жопа. Трое Reapers за три недели?
Беар обошел стойку.
— Что говорит Трейс?
Я провел ладонью по лицу.
— Что кто-то по одному выкашивает всех, кто был связан с бойцовским клубом.
— Господи, — пробормотал Эван, побледнев.