И везде больно становится. Боль, тупая, тянущая накатывает неприятными волнами, а еще тошнота…
— Сами успокоились! Живо! Вы же убьете ее сейчас! — орет Дэшвин и что-то торопливо настукивает на панели перед собой свободной рукой.
Мои пальцы соскальзывают с его предплечья, и я валюсь назад. Спасительная темнота накрывает толстым ласковым одеялом.
Под ним так хорошо, и никто не рвет мне душу острыми когтями. Но я все равно тянусь вверх. Знаю, что мне нужно выбраться. Я там нужна.
Резкий вдох, до острых иголок в легких.
Я судорожно хватаю воздух ртом и оторопело смотрю на совершенно нереальную картину. Потому что такого просто не может быть! Я ведь помню, что было…
Риц и Шаен сидят по бокам моего больничного ложа и не пытаются поубивать друг друга. И ярости в их глазах явно поубавилось. Почти нет ее. Ясный, ровный взгляд. Встревоженный, но без убийственного блеска.
Я еще не верю, но уже заметно расслабляюсь. Готовилась ведь к самому худшему.
Они замечают, что я очнулась, как-то синхронно делают резкий выдох и тянут ко мне свои руки.
— Надина…
— Надин…
Риц подхватывает мою ладонь и осторожно целует, дышит горячо на ледяные пальцы. Шаен же прожигает взглядом насквозь и тоже гладит вторую руку. Бережно так… запястье щекочет.
Я невольно всхлипываю от накатившего облегчения. Неужели получилось?
— Все, все… Убедились? Теперь сваливайте отсюда. Там Дикарт вас заждался и капитан… — вклинился в эту идиллию недовольный голос Дэшвина. — Я сам тут теперь разберусь. Без вас.
— Не плачь, маленькая, — Риц мягко стирает большим пальцем влагу с моей щеки. — Все хорошо будет. Ты только не волнуйся больше.
— Вы больше не будете… — у меня срывается голос.
— Нет, — жесткий категоричный ответ Шаена, но потом он сразу смягчает голос. — Не будем. Мы все выяснили уже.
Он бросает короткий взгляд в сторону Рица. Тот согласно кивает. Они как-то странно переглядываются. Но мне все равно тревожно. Очень быстро они договорились. И непонятно еще о чем.
— Мы сейчас ненадолго уйдем, Надин. Потом вернемся. Не бойся. Лучше отдохни еще немного. А потом Дэшвин тебя еще раз осмотрит, и мы тебя заберем, — медленно проговаривает каждое слово Шаен.
И смотрит снова, обдавая таким жаром, что у меня сердце начинает частить.
— Заберем. Немного потерпи, — добавляет Риц.
Медик хмурится и предупреждающе кашляет, а потом бесстрашно выталкивает мужчин из палаты.
Дальше следуют новые тесты, анализы, сканирование. Потом категоричный приказ еще отдыхать, а лучше спать. Я совершенно потерялась во времени. Сколько я была без сознания? Что произошло за это время? И все ли уладилось с шэнцы?
У меня столько вопросов, что голова начинает пухнуть и кружиться от этой мешанины. Но я послушно лежу, пью какой-то восстанавливающий сироп, снова засыпаю.
Просыпаюсь от осторожного прикосновения к плечу.
— Маленькая… — Риц легко мне улыбается.
А у меня почему-то тут же паника в глазах. Где Шаен? Сон еще такой был… пугающий.
Риц замечает, в его взгляде тоже вспыхивает тревога, он успокаивающе сжимает мою руку.
— Все хорошо. Ты чего испугалась? Я тебя забрать пришел. Дэшвин сказал, что можно уже…
А мне и спросить его страшно. Но почти сразу я выдыхаю, потому что слышу второй знакомый голос из приемной.