/var/www/moreknig_org_usr/data/www/moreknig.org/engine/modules/litres/litres_restrictions.php:57: array(2) { [0] => string(27) "Сергеева Елена" [1] => string(27) "Елена Сергеева" }
— Да. Сейчас, — одновременно произносим мы с Дэшвином.
— Мне нужно. Пожалуйста, — добавляю я тихо.
Риц на эту просьбу лишь хмурится и настороженно пробегает взглядом по моему телу. В его глазах загорается тревога, но он ничего не спрашивает. Коротко кивает, соглашаясь.
— Я провожу.
Врач сразу приободряется. Капитан одобрительно кивает и уходит, сославшись на срочные дела. Еще он зачем-то добавляет, что скоро мы прыгнем в новый коридор, потому-что все опоздавшие нас нагнали. И что команда Дикарта в полном сборе теперь.
Я только мысленно успела порадоваться. Значит, Шаен жив! Фуух! Теперь точно все в порядке будет.
Ммм… Надеюсь.
А Риц потащил меня обратно в каюту, попросив Дэшвина не ждать пока мы соберемся. А потом он устроил мне тотальный досмотр. Я порадовалась, что мои юбка и топ были относительно целые и чистые. А вот отсутствие на мне обуви, как то странно воодушевило Рица.
В итоге повторилась сцена с принцем и Золушкой. И тут я уже не удивлялась, а только тихо млела от ощущения его сильных пальцев, поглаживающих мои лодыжки и ступни.
Я думала на этом наши сборы окончены, но оказалось, что нет. Риц ведь не остановился. Следующим этапом стали мои волосы. Вот тут он оторвался на полную. А у меня просто силы воли не хватало его поторопить.
Не могла прервать божественные ощущения, что дарили мне его руки. Он долго перебирал мои пряди и кажется сам натурально балдел от этого действа. А потом заплел мне какую-то хитрую косу, объяснив, что это традиционная прическа у шэнцы. И как раз ее своей женщине всегда делает ее вер, то есть муж.
Сам он просто сиял, после всех наших сборов. А я поняла, что это снова какая-то их местная заморочка, типа надевания обуви.
Но приятно, кто же спорит.
На этот раз в медблок я отправлялась в приподнятом настроении. Почему-то была твердая уверенность, что все на этот раз будет хорошо и тесты покажут, что та необъяснимая болячка рассосалась сама собой под воздействием нашей связи.
Да, так и будет!
А как же иначе должно быть? Ведь Риц победил и его узор восстановился. Значит, и я…
А потом будет совсем не страшно рассказать обо всем ему и вместе посмеяться над бедой, что удалось избежать.
Тем сильнее был удар.
Дэшвин долго изучает данные. Теперь весь процесс проходит значительно быстрее чем в первый раз. Мы всего полчаса ждали. Риц здесь безапелляционно затащил меня к себе на колени и так и продержал все это время в своих руках.
Гладил осторожно по обнаженным плечам, легко целовал в макушку. Отвлекал, как мог от тягостных мыслей. Я ведь едва отбилась от его настойчивого желания нести меня и до медблока. Он уступил с явной неохотой. Зато не отпускал мою руку весь путь сюда. А вот здесь не смогла найти аргументов.
Но на самом деле мне и самой было до жути приятна такая его забота. Не привычная, неожиданная, космическая какая-то. Просто стеснялась еще сильно.
Дэшвин хмурится, с каждой новой прочитанной строчкой его лицо все больше мрачнеет. У меня сердце падает все глубже вниз. И уже не кажется все таким радужным.
Наконец, медик резко выдыхает и поднимает глаза на нас. Пытается придать лицу спокойное выражение, но я все вижу в его глазах.
— Тэя Надиа. Скорее всего я действительно поторопился. Давайте возьмем анализы…
— Что там? — пытаюсь унять дрожь в голосе и сползаю с мужских коленей на пол.
Риц тоже встает рядом со мной.
Дэшвин отводит глаза.
— Говори. Что там? — рычит Риц. — Что с Надиной?
Ох, он же еще не знает ничего. Я мучительно краснею от запоздалого стыда. Не стала рассказывать, понадеявшись, что все уже позади.
Следующие полчаса я переживаю все грани самых неприятных для себя эмоций от жгучего стыда до шока и горького отчаяния.