Коридор оказался неожиданно узким и низким. Я двигалась, почти задевая плечами шершавые кирпичные стены.
Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем я услышала громкий возглас графа. Я замерла, не смея пошевелиться, но вскоре раздался ещё один звук — на этот раз более громкий. Это был голос Николаса, полный ярости и отвращения.
Собравшись с духом, я выглянула из-за угла. То, что я увидела, заставило моё сердце замереть, а волосы на голове встали дыбом. Небольшое помещение было наполовину завалено мёртвыми мужскими телами.
Я судорожно сглотнула, пытаясь удержать подкатившую к горлу тошноту. Ноги предательски подкосились, и я, цепляясь за стену, медленно сползла на холодный пол. В ушах шумело, перед глазами мелькали тёмные пятна.
— Мамочки... — прошептала я едва слышно, но с отчаянием, которое заглушало даже мой страх. Голос звучал глухо, будто доносился издалека.
Я с трудом подняла голову, пытаясь сосредоточиться на своих мыслях. Нужно было действовать быстро, но сил почти не осталось. Трупный яд, пропитавший воздух, был смертельным. Каждая секунда промедления могла стать роковой.
— Нам надо уходить отсюда, — выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Быстро. Это опасно, или мы скоро будем лежать рядом с ними. — Слова вырывались с трудом, словно сквозь толщу воды. Я почувствовала, как сознание ускользает, попыталась встать, но в то же мгновение всё вокруг меня закружилось, и я провалилась в глухую темноту.
24
- Катрин, Катрин, очнись!
Я почувствовала, как чьи-то руки настойчиво похлопывают по моим щекам. Я резко открыла глаза. В голове мгновенно прояснилось, но это ощущение было мимолетно. Желудок скрутило, и я почувствовала, как его содержимое устремилось наружу. Меня вырвало, и я тяжело упала на спину, пытаясь восстановить дыхание.
Сквозь дурноту я услышала голоса:
- Всё хорошо, хорошо, господин виконт, дайте-ка мне.
Голос Кармы прозвучал мягко и заботливо: — Деточка, давай-ка я помогу тебе. Она приподняла мою голову. К моим губам поднесли кружку с прохладной водой. Я сделала два больших глотка, ощущая, как жидкость медленно проникает в пересохшее горло, принося долгожданное облегчение.
— Что со мной? — с трудом приподнявшись, опираясь на руку старушки, произнесла я, обводя взглядом встревоженные лица мужчин и обеспокоенную сестру.
В обмороке ты, деточка, была. Немудрено, не каждый может выдержать такое зрелище, — ответила мне Карма, содрогнувшись.
Вид был поистине ужасным, но я уже сталкивалась с подобным в другом мире. Мне приходилось бывать в морге и присутствовать на вскрытиях. Да, я испытывала лёгкую дурноту, но никогда не теряла сознание.
Я кивнула.
— Где мы? — спросила я, принюхиваясь и стараясь сохранять спокойствие.
— Мы уже в доме, на кухне, — ответила Клэр, присев со мной рядом.
— Шут на месте?
— Да, ведёт беседу с шевалье, виконт и граф ждут от него сигнального знака. И только она договорила, как послышались крики и пронзительный свист Шута.
Николас с Арманом, обнажив шпаги, ринулись из кухни.
Мой взгляд метнулся по помещению, скользнув по стенам, шкафам и полкам, прежде чем остановиться на большом деревянном столе, где в строгом порядке лежали разделочные ножи. Вскочив, несколько минут я стояла неподвижно, борясь с головокружением и пытаясь восстановить равновесие. Затем, словно ведомая невидимой силой, я схватила со столешницы самый длинный и острый нож. Пальцы сжались на рукоятке. Твёрдым, решительным шагом я направилась к двери, за которой только что скрылись мужчины.
— Куда ты собралась, глупая? — донёсся вслед за мной встревоженный голос Кармы.
— Я с тобой, — внезапно выкрикнула Клэр, её голос дрожал от решимости и возбуждения.
Не обращая внимания на причитающую ведьму, мы выскочили в коридор и побежали на звуки борьбы и отборной брани.
В гостиной царил хаос. Воздух наполняли звон стали, крики боли и запах свежей крови. Тела павших усеяли пол, их лица искажены предсмертной агонией. Граф, с яростным блеском в глазах, сражался на шпагах с массивным противником, чьи мускулы перекатывались под одеждой. Виконт и шевалье, словно тени, кружили вокруг, их движения были точны и смертоносны. Двое мужчин из окружения Шута, с жестокими ухмылками на лицах, добивали раненых, не оставляя им ни малейшего шанса на спасение.
Мы остановились в широком проёме, который, словно трещина в пространстве, разделял коридор и помещение, где бушевал ожесточённый бой.
— Ещё немного, и всё будет кончено, дамы. — послышался голос Шута откуда-то сбоку. Я обернулась в ту сторону, откуда раздался голос. Карлик стоял, вальяжно облокотившись на арочный проём, и равнодушно взирал за происходящим.
Вдруг шевалье внезапно воскликнул: — А вот и мои дорогие племянницы! Наконец-то все в сборе! — его голос прозвучал резко, почти театрально, он сделал стремительный выпад в сторону виконта, который от неожиданности его возгласа на мгновение потерял равновесие, шпага вошла Николасу чуть ниже плеча. Шевалье резко оттолкнул его ногой в нашу сторону.