— И что надо делать?
Канэла объяснила. Правда, мелкая (на полголовы ниже неё!) зеленоглазая немочь оказалась так себе помощницей. Ну, маг же будущий, куда ей… хотя долбать копалкой всё-таки долбала, пусть и слабовато. Ну, всё польза.
— Слушай, — вернувшись с пустой таскалкой, будущий воин окликнула потешно пыхтящую немочь, — звать-то тебя как? Я Канэла! Сестрица Шелари, внучка Таруса.
— Я знаю, кто ты. Я — Ринха. Третья дочь Догэси Ассур, внучка Лейты Ассур и Онтафаша Шесерин.
— О! Так ты, выходит, принцесса рода?
— …
— Чего дрожишь? Я что-то не то сказала?
— …
— Извини, я не расслышала. Можешь повторить?
— Только на ушко.
— Ну, давай на ушко.
— У Ассур нет принцесс, — шёпот словно обжигал. — А пока я не приняла судьбу, я даже не Ассур.
— Это почему? У тебя на лице написано, что ты самая что ни на есть Ассур! Вон, глаза зелёные, как у тёти Лейты точь-в-точь, волосы в прозелень, кожа такая же.
— Это всё равно. Пока неизвестна моя судьба — я никто.
— Ты — Ринха, — нахмурилась Канэла. — Дочь Догэси, внучка Лейты. Ты очень даже кто-то! Есть имя и род — значит, и место в роду есть тоже!
— У Ассур не так.
— …
На это уже Канэле оказалось нечего ответить. Хотя хотелось, очень-очень. Но ведь нельзя же сказать, что правила Ассур какие-то глупые и нечестные и злые? Какие бы ни были, это –правила рода! Причём чужого.
— А лет-то тебе сколько?
— …
— На ушко?
— Много, — на этот раз шёпот почему-то казался ледяным. — Десять с лишним.
Канэла, в свои без малого девять лет успевшая взойти на третью ступень, чуть не онемела. Да как так-то? Быть того не может! Чтобы Ассур — Ассур! Четыре тысячи лет роду! — и на одиннадцатом году всё ещё не имела судьбы?
Но, выходит, бывает и так…
Ответить словами Канэле снова оказалось нечего. Но она сумела ответить без слов. Просто взяла и обняла Ринху.
Осторожно, но крепко.
— Ты чего? — шепчет, зажмурившись и не дыша.
— А разве непонятно? Обнимаю. Дылда Вейлиф говорит, что обнимашки — это хорошо. И он прав.
— Зачем это?
— Да просто так. Давай, подружка, не жмись — обнимись!