«Ви, перестань! Дыши глубже. Дыши».
Сейчас отвлекаться на сомнения было нельзя, ведь страниц оставалось еще так много. Виридиане нужно было читать дальше и довериться своему чутью.
«Потому что на штормоходе нам это так сильно помогло, да?»
Она постаралась отогнать эту мысль подальше.
И перевернула страницу.
Глава 22
Гостеприимный свет костра
Казалось бы, после нескольких недель изнурительной езды – сначала по гладким трактам, что вели в Скон, восточную столицу Алитэры, затем по ухоженным проселочным дорогам, пролегавшим через тропические леса на юг, – я должен чувствовать облегчение, ведь я только что перевалил через горный хребет и увидел вдали прибрежный город Тоувер. В нем я смогу наконец слезть с лошади и остановиться. В нем на все мои вопросы найдутся ответы.
Город похож на разноцветный карнавал. Золотисто-белые пляжи омываются сапфировыми водами залива. Крутые улочки фавел на окраинах окаймлены пышными изумрудно-зелеными деревьями; они, как стрéлки, указывают на раскинувшиеся в центре города сады и дворцы, на кричащие, вычурные произведения архитектуры, подчеркнутые пестрым изобилием растущих вокруг орхидей и других цветов. Магический, мерцающий шпиль Шо'фасти похож на монумент, посвященный единению природной красоты и великолепия человеческого гения. Все, кто рассказывал мне об этом виде и об этом городе, как один повторяли слова «чудо» и «восторг».
Но я чувствую лишь ужас.
Сравнивать любой уголок Алитэры с убогой Сенарией, где я вырос, все равно что сравнивать небо и землю. Алитэра стара и богата, в отличие от новой империи Логана и ее недавно возникшей столицы. Здесь все кажется прочным, налаженным и хорошо ухоженным. В какой-то день я ехал более чем в сотне лиг от ближайшего крупного города и в десяти лигах от ближайшего поселения, и тракт шел между рядами изумительных пурпурных ипомей, аккуратно высаженных перед рядами невероятно высоких кариниан. Местный житель, назвавший мне эти деревья, сказал, что они будут смотреться еще прекраснее, когда на них расцветут розовые бутоны. Деревья были посажены на таком расстоянии друг от друга, чтобы их корни даже через несколько столетий не разломали булыжную дорогу, вьющуюся под и между ними, а ветви при этом сплетались наверху, и в них гнездились золотистые обезьяны с почти львиными головами, туканы и попугаи, зеленое оперение которых переливалось на свету. Даже в такой глуши, далеко-далеко от больших городов, молодые деревья вырубались и выкорчевывались, а ветви старых подрезались, чтобы они не мешали проезжать путникам и торговым повозкам.
Вы где-нибудь видели столько предусмотрительности? Столько денег? Столько упрямой уверенности в том, что ваш труд еще сотню лет будет приносить пользу вашей семье и родине?
Наверное, я надумываю лишнего, но алитэрцы славятся своей невероятной самоуверенностью. А когда сталкиваешься с кем-то невероятно самоуверенным, первым делом следует понять, заслужена ли такая спесь.
Мой учитель слыл таким же; его самоуверенность была заслуженной и даже не чрезмерной. Мне явно не повезло – глядя на раскинувшийся внизу город Тоувер, я начинаю думать, что самоуверенность этих людей тоже заслуженна.
«Как сказать, когда чего-то очень много, но не чересчур? Не чрезмерная, а просто мерная самоуверенность?»
~– Ты сейчас серьезно спрашиваешь?~
«Э-э-э. Ну да!»
Ка'кари не удостаивает меня ответом.
«Я просто хотел поговорить».
Иногда мне кажется, что он не разговаривает со мной, потому что считает тупым.
Тоувер находится в самой северной точке Серого моря – и, судя по цвету вод, южане не спрашивали мнения здешних жителей, когда нарекали море. На много миль отсюда нет другого глубоководного залива, в который могли бы войти большие корабли. С предгорья, на которое я только что взобрался, бьют глубокие родники, и почти все дома внизу построены из рыжего, как ржавчина, камня, которого полным-полно в этих местах. Венчаются дома плоскими крышами, на которых жители сушат свою одежду или устраивают навесы, под которыми они спасаются от жары и наслаждаются прохладным вечерним ветерком.
Но одно строение отличается от других – оно не красное, как все остальные, и не белое, как дворец настоятеля.
Не знаю, как обстоят дела в твое время, мой слушатель, но сейчас Часовня и мужские чародейские школы все еще разделены, даже несмотря на недавние попытки примирения, о которых мне рассказывала Ви. Раздор между ними царит страшный, и порожден он был как случайностями и большими амбициями, так и кровавыми бойнями, которые произошли сотни лет назад, однако до сих пор припоминаются, чтобы держать школы врозь. Как бы там ни было, в мою эпоху Тоувер гордится тем, что приходится домом Шо'фасти. Разбираться в магии вместе с политикой всегда сложно, поэтому я не стану вдаваться в подробности. Вам не нужно знать волшебную тарабарщину или о внешних и внутренних расколах школ – например, о том, что маги Шо'фасти разделены на кинетиков и кинематиков, и нет, я это не выдумываю. Важно другое – синих магов называют Повелителями Движения. Обучают в этой школе двум специальностям, и выходят из нее два типа боевых магов. Первые при помощи магии перемещают предметы: снаряды, своих противников, и даже горы – по крайней мере, так говорится в некоторых байках, которые, я надеюсь, далеки от реальности. Гораздо реже некоторых будущих магов учат тому, как при помощи магии перемещать самих себя.
Мне не вспомнить, как эти две специальности называются на старом джеранском, и я буду надеяться, что подробности вам не понадобятся. Если в ближайшие несколько дней мне доведется схлестнуться с кем-нибудь из них, тогда я расскажу больше. Если переживу схватку.
Среди всех зданий города больше всего выделяется сапфировая башня. Издалека кажется, будто глаза обманывают меня, но очевидцы говорили, что все именно так: башня парит в двадцати или тридцати шагах над землей, а взлететь выше ей не дают гигантские цепи, каждое звено которых длиннее человеческого роста.
Уже вечереет, и башня должна скоро опуститься на землю; это происходит каждую ночь, но я еще слишком далеко и не увижу, как это произойдет. К тому же у меня есть и другие заботы.
Этой ночью я должен встретиться со своей напарницей. Причем «напарницей» ее назвала Мамочка К, но я отчетливо понял, что на самом деле подразумевается под этим словом. У «напарницы» будут все нужные сведения, она станет указывать мне, в каком направлении двигаться и что делать, когда я прибуду на место. Она уже ждет меня в Тоувере, но не потому, что живет здесь, а потому что Мамочка К отправила ее сюда вместо меня, когда я отказался выкрасть компас Немезиды. Помимо прочего, ей на всякий случай приказали поискать меня в городе – вдруг я передумаю и все-таки приму предложение Мамочки К.
Да, Мамочка К настолько самоуверенна. И, как обычно…
Однако она не знала, что кто-то похитит принцев, а я окажусь на волосок от смерти и несколько суток проведу без сознания. Если бы я с самого начала согласился взяться за это дело, то был бы уже на много дней впереди. Но я взялся за него поздно. И дело теперь стало сложнее.
Это одна из черт Мамочки К, которая, мягко говоря, никогда не перестает меня раздражать.
Но сейчас передо мной стоит другая большая проблема.