– Что, по-твоему, происходит?
– В каком смысле?
– Как получилось, что он изменил свою личность?
Эрика глубоко вздохнула. Вот что ей нравилось в Игоре. Он всегда задавал прямые вопросы. У него был талант брать проблему, которая казалась непреодолимой, и разбирать ее на части, рассматривая каждую по отдельности.
– Начнем с того, что на самом деле в Британии не так уж сложно изменить личность. Проще всего это сделать, подав заявление о смене имени.
– Звучит как более легкий способ, чем гибель в автокатастрофе?
Эрика кивнула.
– Многие люди не знают, что для изменения личности достаточно написать заявление, текст которого можно найти в интернете, указав, что хотите взять другое имя, и заверить это подписями двух свидетелей. Или можно пойти более официальным путем, через суд. Сложнее, если человек имеет судимость. В таком случае он обязан сообщить в полицию.
– Ну а если у меня нет криминального прошлого?
– Тогда для тебя все намного проще, но властям труднее выяснить твое предыдущее имя.
– У Джерома Гудмана было уголовное прошлое?
– Нет. Ему никогда не предъявляли обвинений, но у меня сложилось впечатление, что на его арест был выписан ордер, который остается в силе последние десять лет, хотя теперь я слышу, что восемь из них он числился мертвым. Господи, получается, он умер, когда я только приехала в Лондон. Черт возьми.
– Я читал, что новый паспорт можно купить в даркнете. Что, если он так и сделал? – предположил Игорь.
– Да. Можно купить поддельные цифровые документы или новый настоящий паспорт гражданина Великобритании, который стоит не одну тысячу. Но это не объясняет его смерть. Было проведено официальное вскрытие.
– Как в наше время изготавливают такие качественные поддельные паспорта? – спросил Игорь, потягивая вино.
– Хорошие подделки встречаются редко. Очень трудно воспроизвести в документе голограммы, водяные знаки и биометрические данные. Проблема, с которой мы часто сталкиваемся в правоохранительных органах, заключается в том, что в паспортном столе работают коррумпированные люди – их очень мало, но именно они берут взятки, чтобы напечатать настоящие паспорта на вымышленные имена. Поэтому такие документы трудно отследить, когда они выходят в мир.
– Значит, Джером Гудман мог это провернуть? Инсценировал свою смерть и купил новую личность?
Эрика кивнула.
– Так почему же никто в полиции, ваше начальство, не воспринимает это всерьез?
Эрика сделала долгий глоток вина. На вкус оно было очень приятным, и она уже порядком разомлела.
– Я не знаю. Это меня беспокоит. И ставит под сомнение бескомпромиссность моего босса, Мелани.
– Сколько же стоит подкупить суперинтенданта полиции?
Эрика посмотрела на него.
– Даже не хочу об этом думать. И Мелани никто не подкупал напрямую. Она всегда была принципиальной, но в последнее время… не знаю. Мне хотелось бы думать, что это исходит не от нее, а всем двигает какая-то темная сила.
– Кто-то из высшего руководства?
– Или кто-то со стороны? Наркоторговля приносит миллиарды. У воротил этого бизнеса друзья на самом верху. Не так давно я расследовала дело, где подозреваемой была молодая женщина, работница секс-индустрии, убившая нескольких своих клиентов. Мы знали, что она виновна, но в ее досье оказались фотографии богатых и знаменитых мужчин в… э-э… компрометирующих ситуациях.
– Это из-за нее провалился тот судебный процесс по делу об убийстве?
Эрика кивнула.
– Опять нашлись влиятельные люди, которые дергали за ниточки. Помнишь, я рассказывала тебе, как встретила незнакомого парня у задних ворот, когда ходила за дровами в сарай? Понятия не имею, кто он такой и на кого работает – на правительство или на кого-то еще. Но он предостерег меня. Я проигнорировала его, хотя…
Игорь опустил взгляд на свой бокал.