— Этот разговор обошёлся мне дорого, Виктор. Но теперь император России знает о тебе. Не обессудь, если это не входило в твои планы. Но умолчать о твоей фигуре было бы неправильно.
— Полагаю, посол мог упомянуть обо мне в одном из отчётов.
— Тоже верно, — кивнул он. Затем шумно втянул носом воздух и повёл головой в сторону. — Пойдём, поедим. Я полноценно не обедал с тех самых пор, как попал в тот энергетический пузырь.
— У Вас есть ко мне разговор, — я мгновенно выдал догадку.
— Есть. Идём, — поспешил он, не став распыляться в подробностях.
Через несколько минут мы уселись в обычной столовой. Для бункера она была вполне приличной. А еда — без изысков: горячий суп, жаркое и пара бутербродов с рыбой. Князь сам настоял на таком простом рационе, хоть поварам и было от этого несколько не по себе.
Съели всё молча. И только после этого князь заговорил:
— У меня есть к тебе просьба, Виктор. Такая, которую я могу обратить только к тебе.
— Какая?
Он хмыкнул.
— А как же: «я к Вашим услугам»? — с иронией спросил он.
— Это же просьба, а не приказ, Ваше Величество.
— Давай без величеств. Ты прав. Это — просьба. Если ты откажешься, то я пойму и ни капли не изменю своё мнение о тебе. Потому что она больше личная, чем деловая.
Я кивнул.
Он продолжил:
— Я могу умереть, — он выдержал небольшую паузу. — Если это случится, то Иллирию придётся спасать моим сыновьям. Но, честно говоря, мой старший с этим не справится. А младшему ещё нужно подрасти. Поэтому я не буду строить иллюзий, что всё будет хорошо, если я умру. Поэтому я хочу, чтобы ты спас то, что для меня важно. Догадываешься, о чём я?
Я догадывался.
Он это увидел, затем проговорил:
— София. Я хочу, чтобы ты вывез её из Иллирии и вытянул из политических дрязг. В Российскую империю. С твоим императором я уже договорился, так что проблем там у вас не будет. Но среди всех людей, при моём дворе, я могу довериться очень небольшому числу лиц. Чёрная ирония в том, что ты — чужак — пока что заслужил моё доверие больше, чем почти все остальные. Но ты, хотя бы, не заинтересован в том, чтобы продать её кому-то подороже, — затем он прищурился. — Ведь так?
— Я могу лгать.
— Можешь. Но не будешь. Я вижу, что ты не настолько мелочный, чтобы гоняться за титулами или, упаси предки, деньгами. Так что, я хочу попросить тебя, чтобы в случае моей смерти ты вывез Софию в Российскую империю. Тем более, что опыт спасения её из передряг у тебя уже есть, — он засмеялся.
Да и я усмехнулся. Спасать принце… княжон — это одно из самых часто повторяемых действий за последние дни. Точнее не княжон, а одну конкретную.
— Вы верите, что император сам не использует её в качестве политического актива? — спросил я.
— Нет. Не использует, — покачал головой князь. — Двое моих младших сыновей отправятся в Россию ближайшим поездом. До тех пор, пока в Иллирии не настанет мир. Если Российская Империя захочет взять власть над княжеской династией, то проще это будет сделать через них.
— Заложники…
— Да, — он отвернулся, с печалью смотря в сторону. — Оба будут обручены с русскими аристократками. Оба получат русское образование.
— Они останутся хорватами.
— Мне нужно, чтобы они остались иллирийцами. Но на это я рассчитывать не могу. Слишком уж хорошо в вашей Империи умеют работать с людьми. Сколько народов в твоей стране?
— Один. И это народ Российской Империи.
— Ты же понял, о чём я.