— Три. Речь шла о трёх месторождениях, — его голос снова звучал ровно, пусть и с долей скрытого напряжения.
— Три — это уже серьёзная уступка. В контексте того, что кайзер пытался убить князя Адриана.
— Он не пытался этого сделать, — голос Ягеля звучал сдавленно. — Он узнал о случившемся постфактум.
Ага! Попался!
Если бы мы записывали этот разговор, то его показания можно было бы использовать для раздувания скандала. Но в таком случае, Иллирия бы больше никогда не восстановила доверие с Рейхом. А как бы враждебно он не действовал, сейчас с ним было НЕОБХОДИМО поддерживать контакт.
Слишком большую роль он мог сыграть в судьбе Иллирии. И сыграет.
А вот какую?
Это зависело от исхода нашей беседы.
— И ничего не предпринял? — спросил я. — Не арестовал заговорщиков, которые организовали это всё от лица Рейха? Не принёс извинения? Вместо этого подыграл нашим общим врагам и попытался оторвать кусок от Иллирии?
— Не играйте в мораль. Мы с Вами взрослые люди и знаем, что государство превыше всего. Если Вы будете отрицать, то я посчитаю Вас лжецом.
Я чуть не хмыкнул. Он был прямолинеен.
— Рейх должен Иллирии. И этот долг может компенсировать только тем, что Вы поддержите Иллирию в ситуации, которую сами же и создали. В противном случае — ничего хорошего не ждёт ни Иллирию, ни Рейх. Но князь Адриан протягивает вам руку для примирения. Примите? Проиграют только французы. Откажете? Проиграют все, кроме французов. Выбирайте.
— Три месторождения этериума для Рейха. Взамен: военный кредит на десять лет, размером в чтерые миллиарда рейсхмарок, который выделят Иллирии за две недели. Либо в виде денежных переводов на указанный счёт, либо в виде готовой военной продукции.
Ага, они заранее подготовились. Знают же, что без денег и оружия Иллирия долго не протянет даже против одной только Латинской Федерации.
Четыре миллиарда…
Я не был специалистом по вопросам вооружений. Но десять миллиардов рейхсмарок — это хорошая сумма. Её хватит, чтобы вести месяц-два, без особых проблем. Рейхсмарка была в цене.
Но раз он сразу озвучил эту сумму как некую уступку, то значит, с них можно вытрясти ещё больше. Вероятно, «бюджет на переговоры» они заложили до десяти, а то и двадцати миллиардов.
— Десять миллиардов, плюс вторичное право на получение трофейной французской техники, сразу следом за Российской Империей. Вдобавок — договор о ненападении с Иллирией, а также предоставление всех разведывательных данных и разделение боевого опыта, приобретённых в ходе конфликта, если он разовьётся в войну.
— Пять миллиардов. На тех же условиях. С заморозкой кредита на время боевых действий.
— Семь миллиардов, наказание организаторов заговора против князя Адриана с предоставлением информации о них для Иллирии.
— Исключено. Преступления немцев — это дела немцев.
— Эти преступления вышли за рамки вашего государства и стали международными. Терроризм должен быть наказан. И я предлагаю Вам самые простые условия. Даже без обнародования.
— Вы понимаете, что кайзер не примет эти условия? Я — один из немногих, кто не желает уничтожать Иллирию. Но Ваши предложения выкручивают мне руки. Я не могу на них согласиться. Виновники будут наказаны. По-своему. Но их имена никогда не выйдут за пределы Рейха. На этом точка.
— Десять миллиардов и ещё десять в фонд восстановления Иллирии, после окончания боевых действий. Совместно с Российской Империей. О процентах договоритесь с представителями империи отдельно. В таком случае, мы опускаем вопрос о виновниках.
— Члены клана Карловичей будут переданы Рейху, в полном составе. Я понимаю, что князь Адриан не оставит их в покое. Но их истребление — недопустимо.
— Могу гарантировать передачу только лиц, не вовлечённых в заговор. Глава клана и все, кто принимал в заговоре участие, будут привлечены к ответственности по всей строгости иллирийского закона. Вдобавок, Вам будут возвращены немецкие артефакты и все немецкие агенты, задержанные иллирийскими спецслужбами.
В этот момент он крякнул от неожиданности.
Ха! Я блефовал. Никаких немецких агентов, по имеющимся у меня данным, задержано не было. Но эти слова оказали свой эффект.
Спустя примерно десять секунд он заявил:
— Приемлемо. Но у нас будет ещё одно условие, которое не обсуждается. Мы хотим получить каждого из одарённых выше пятого ранга, которые будут захвачены в плен в ходе боевых действий и других операций. Они должны быть переданы именно нам.