Тишина.
А затем грохот взрыва, слышать которые мне уже надоело. В окнах вспыхнула оранжевая вспышка.
Охранники Адриана тут же окружили его, готовые защищать своими телами. Активировались энергетические щиты дома.
Но в этом не было нужды. Потому что били не по нам.
Точнее, не по этому зданию.
Я кинулся к окнам, смотря между штор.
В городе, раскинувшимся под нами, полыхало и разваливалось на глазах здание телецентра. Ударили по нему.
Меня обдало жаром.
Я вернул Виденье Связей.
«Суть Раздора» набухла снова. Но больше не росла, и так занимая в три раза больше места, чем предыдущая.
— Они били по Вам, князь, — пересохшим голосом произнёс Державин, вставая рядом. Затем, выйдя из-под защиты охранников, подошёл и Адриан.
Он не шелохнулся, когда взглянул на город. Только колючим взглядом видел рушащееся здание. Оранжевые отблески плясали на его лице.
— Каким бы ни был твой план, у тебя будут все полномочия, Виктор.
Глава 28
Карловичи…
Один из самых богатых кланов Иллирии, который сделал своё состояние на добыче редких ресурсов в шельфе Адриатического моря. Аккурат в их владениях и морской зоне своего клана.
Основа их богатства — этериум. Главное энергетическое вещество этого мира. Его используют одарённые, энергетики, промышленники, военные. Он был востребованнее, чем атом из моего мира, но при этом его было не так много, чтобы хватило на удовлетворение аппетитов всех держав.
Особенно крупных.
Особенно перед вероятной глобальной войной, которая грозила вспыхнуть в этом мире и поджечь его, как горстку спичек.
Тем важнее было каждое месторождение этериума. Это был стратегический ресурс.
Но если говорить о Карловичах, то из сведений, предоставленных мне временным секретарём князя, я не узнал ничего нового. Только убедился, что расширение добычи этериума — это один из главных приоритетов ресурсной политики Иллирии. Отовсюду, где это только возможно. У Карловичей, в первую очередь.
Однако, был нюанс.
Я отложил в сторону документ со справкой. На изучение у меня ушло около двадцати минут, во время которых сам князь Адриан беседовал с послом Державиным и оговаривал предварительное содержание русско-иллирийского союза: обязательства, время исполнения, вид и объёмы поддержки.
Информации было немного.
Но это понятно.
Потому что самое главное не выдадут в печатном виде, взяв пусть и из княжеских, но всё же не сверхсекретных источников. Самую ценную информацию Адриан мог пересказать только из уст в уста.
Я вышел в зал, где они вели переговоры. И Державин, и князь замолкли моментально.
— Ваше Величество, может мы поговорить надине? У меня есть ряд вопросов, — произнёс я.
— Я всё равно уже уезжаю обратно в посольство, — Державин поднялся с места. Обратился к князю: — Ваше Величество, я сделаю всё в моих силах, чтобы мы получили маршрут снабжения. Морской вариант всё ещё не исключается. А наши договорённости, заключённые между Демидовыми и Караджичами, всё ещё в силе. Наши транспортные суда уже движутся в Сплит и выгрузят там первую партию вооружений.
— Они не помогут нам выиграть войну, господин посол, — мрачно, но по делу подметил Адриан. — Но я весьма благодарен Вам лично, за то, что Вашими усилиями Иллирия и Россия могут выстроить новую сферу безопасности в западных Балканах.