— Так ты… — оборачивается она ко мне. — А-а-а… — задумчиво отходит от него. — Нет, бред какой-то! То есть… Нет! Всё равно ничего не понимаю!
— Олег, объяснишь? — прошу его, проходя мимо бормочущей девушки.
— Ты ревнуешь? — Волков приобнимает меня за талию. — Это Стефи. Племянница Александра Царёва и дочь другого Царёва. Я вам принёс булочек к кофе. Хотел сравнять ваши фишечки, но она тебя переиграла, Маш. И я был прав. Кофе она из кабинета дяди стащила.
— Я не стащила, — ворчит она на него. — Он сам мне ключи дал от своего кабинета, чтобы я себе кофе делала, когда хочу.
— А это Надя? — спрашивает Олег её, кивнув в сторону девчонок, решивших башню построить. — Ни разу её не видел! Красавица, однако! На тебя похожа! И такая уже большая! Вроде только недавно отец говорил, что ты родила! А она уже…
— Я принцесса, — отвечает ему девочка и поднимается на ноги, покрутившись в своём платье. — У меня даже платьице розовое. Красивое?
— Очень! — отвечает он ей.
Его доброе сердце не выдерживает. Любовь к детям берёт над ним верх, и он подходит к Наденьке. Берёт её за руку и целует, отчего девочка покрывается румянцем.
— Представляешь, вовсю отказывается надевать штаны или даже шорты! Только платья! — жалуется мне Стефи на дочь. — Вопрос с покровителем снимается. Теперь понимаю, кто за тебя хлопотал. Но запрет дяди так и не поняла…
Глава 10
Матвей
— Вот что мне с тобой делать, Матвей? — вздыхает Царёв.
Качает головой и явно хочет меня куда подальше послать. Да только воспитание не позволяет. И родственные связи. Какая не какая, а родня.
Да и деловые связи с Олегом у этой клиники имеются. Сын им по дружбе скидку хорошую делает на поставки.
— Я не собираюсь это подписывать, — заявляю и отталкиваю от себя документы. — Антон будет жить!
— Возможно, — не отрицает мужчина. — Но как будет? Вечными набегами в мою клинику? С вечным донором? Экспериментальные лекарства его погубили, Матвей. У твоего сына гранулез и отсталость в развитии. Плюсом ещё его клетки сами себя поедают. Только мучаешь парня! Дай ему спокойно уйти! Я не могу смотреть, как гибнет у меня перед глазами. Пожалуй, всех нас! И себя в том числе!
— Нет!
— Матвей!
— Что мы можем сделать? — игнорирую его попытки уговорить меня.
— По хорошему ему нужно донора найти, — говорит, лоб устало потирая. — Но мы его с тобой уже третий год ищем. Для того, что я придумал и что должно сработать. Нужен родственник! Близкий ему!
— Где я тебе возьму родственника? — вскакиваю и принимаюсь по его кабинету ходить. — Олег не подходит. Мы проверяли. Я тоже. Элю и предлагать не буду. Всё!
— Девочка и не подойдёт, — озвучивает он. — Гадство!
— А тот донор, который у нас есть сейчас? Он не подходит? — опускаюсь на стул. Весь день как на иголках и не знаю, что делать.
— Не подходит… — тянет он.
— Почему?
— Потому что то, что мы Антону даём материал этого донора незаконно! Мы кровь у неё даже берём незаконно! Детское донорство в стране запрещено!
— Но мама этой девочки согласна ведь! — восклицаю изумлённо. — Она даёт своё согласие! Может и здесь даст!
— Детское донорство запрещено, Матвей, — повторяет он, настойчивее.
— Но она же это делает! Пусть назовёт сумму! Любую! Хоть всё, что у меня есть! Я готов!
— Матвей, она не из-за бабла это делает, — откидывается в кресле и недовольно поджимает губы. — А потому что помочь может. И всё! Ты хоть раз замечал, что ничего не платишь за эти уколы? Лишь за пребывание Антона в клинике.
— Эта женщина просто так даёт ребёнка своего? Не из-за бабла? — задаю вопросы и недоверчиво гляжу на Царёва. — Бред!