— В том числе.
— Серебряков знает, что ты хочешь убить главу самого лояльного Империи клана в Иллирии?
— Он знает. Он не против, — на лице Георгия вылезла хищная гримаса. — У вас, мои русские друзья, есть свои внутренние тёрки. Демидов — проблема, которая может быть решена многими способами. В том числе через ослабление Караджичей.
— Если ты убьёшь их главу, то никакой Сербии тебе не светит. Официально ты будешь преступником.
— А кто сказал, что убивать буду я?
— Ты сам, только что…
Он покачал головой.
— Нет, мой друг. Для всех остальных я буду совершенно другим человеком. Не Георгием Васоевичем, а, например… — со смешком его облик преобразился, став копией… меня самого. — … Виктором Добрыниным.
— Очень остроумно, — холодно подметил я. — И «умно». Показывать свои способности в центре усадьбы Непчича.
— На нас никто не смотрит. В том числе камеры.
— Уверен, насчёт первого?
— Я бы почувствовал, — не смутился он.
— Очередная сила?
— Она самая.
Повисла пауза.
И что мне было тут делать? Соглашаться? В таком случае я бы стал заговорщиком, которого вполне заслуженно могут отправить на эшафот. Причём и в Иллирии, и в Российской Империи.
Слободан Караджич был не просто аристократом — он был важнейшим лицом для русской политики в Иллирии. По крайней мере, для части русской аристократии, возглавляемой Демидовыми.
С другой стороны…
Он был опасен. Именно потому, что в его интересах было избавиться от Софии и Анте, а затем самому прийти к власти. О чём и предупреждал Серебряков.
Но было ли это так плохо для Империи?
Караджичи — союзники России. Через Демидовых ли или через Серебрякова — это не так важно. А вот Зринские — себе на уме. С французами-то они сотрудничество разорвали. Почему точно так же не разорвут с Империей? Да и я больше не связан с Софией печатью. Риска нет.
С рациональной точки зрения именно Караджичи выглядят перспективнее.
Вот только… Софии конец.
А я не собирался этого допускать. К тому же, был здесь ещё один нюанс. Очень важный.
Легитимность.
Зринских на троне признают все. А Караджичей? Французы не признают. Немцы тоже. Да и кланы Иллирии, вероятно, взбунтуются. Их положение будет и наполовину не таким крепким, как у самого непопулярного Зринского.
Значит, Адриан всё же надёжнее.
По крайней мере, я нашёл причину, чтобы не предавать Софию и Анте. А заодно, выполнить договорённость с Серебряковым.
Но тут закралась мысль… Может, Георгий хочет услышать моё согласие, которое сам запишет на диктофон и потом использует против меня?
Хм… Но зачем? Чтобы опорочить? Нет, проще было бы просто прикопать меня в лесу.