Керри тоже оглядывался. Его глаза метались, останавливаясь на каждом углу, каждом окне, словно он всё ещё надеялся, что вот-вот появится кто-то — друг, соратник, незнакомец. Но квартал будто вымер. Он был один.
Ты рассчитывал не на то, — подумала Лекса. — Но, может быть, ты и не знаешь, кто именно пришёл тебя забрать.
Они подошли к машине. Один из солдат открыл заднюю дверцу, другой подтолкнул Керри внутрь. Он скользнул взглядом по Лексе — быстро, с надеждой, — но она не подала вида, что поняла.
— Поехали, — коротко бросила она.
Двигатель завёлся, броневик тронулся, скрываясь в пыльной тишине окраин Белореченска.
Броневик плавно свернул с главной дороги и покатил по старому асфальтовому полотну, поросшему травой. В этой части Белореченска зданий почти не было — то ли их не достроили, то ли разобрали на стройматериалы ещё до оккупации. Вдалеке серели верхушки деревьев — там начинался лес, тянувшийся к южной окраине города. За ним — космопорт: бывший гражданский, теперь занятый имперцами под технику и гарнизон.
В салоне броневика царила тишина. Два солдата напротив сидели напряжённо, держа автоматы на коленях. Керри — между ними, с опущенными плечами, но живым, внимательным взглядом. Лекса сидела рядом, глядя в окно — будто бы безразлично.
Через пару минут она произнесла почти лениво:
— Это же рядом с вашим космопортом? — не глядя на Керри, чуть кивнула в сторону леса.
Он повернул голову к ней, вскинул брови.
— Да, — коротко ответил. И после паузы добавил с горечью:
— До того как вы сюда приползли, это было прекрасное место для отдыха. Люди приезжали на велосипедах, устраивали пикники. А теперь — только патрули, охотящиеся за беглецами.
Лекса не ответила. Лишь перевела взгляд на дерево, промелькнувшее за грязным стеклом, — и что-то хищное мелькнуло в её глазах.
Ты умеешь говорить просто, но ясно, — отметила про себя. И ты точно тот, кто мне нужен.
Броневик въезжал в зону, где не было уже ни домов. Только бетон, кустарник — и зелёная тишина. И, наконец, возможность.
То, что произошло дальше, застало Керри врасплох.
Лекса, не меняясь в лице, молниеносно выхватила пистолет из-за пояса и почти в упор выстрелила водителю в затылок. Прогремел глухой хлопок с металлическим звоном. Голова водителя дернулась вперёд, броневик вильнул, покатился по насыпи и съехал с дороги, набирая скорость по неровному, поросшему травой бетону. Проехав с десяток метров, он врезался в дерево.
Водителя качнуло, и нога соскочила с педали газа.
— Тревога! — выкрикнул один из солдат в салоне, но слишком поздно.
Лекса уже разворачивала пистолет, целясь во второго. Однако тот оказался натренированным — он рванулся вперёд, перехватывая её руку. Раздался сухой хруст — пистолет выскользнул из пальцев и стукнулся об пол.
Секундой позже в салоне началась бешеная схватка.
Лекса была проворной и смертельно опасной — короткие удары, рывки, движения, словно отточенные машиной. Но у солдат было преимущество: бронекостюмы защищали их от ударов и выпадов. Один прижал её к стенке, второй пытался достать электрошокер, но она ударом колена сбила дыхание первому и локтем отбросила второго.
Керри сидел, не веря глазам. Увидев, как солдат заносит нож, он рванулся вперёд, схватил лежащий на полу пистолет — но не успел: оружие выскользнуло из руки.
Тогда он просто ударил солдата кулаком в висок — тот лишь качнулся, но этого хватило, чтобы Лекса вывернулась и нанесла сокрушительный удар в основание шеи. Боец рухнул.
Второй уже поднялся, но Лекса, хромая, с разбитой бровью и кровью, стекающей по щеке, прыгнула на него сверху. Они боролись в тесном салоне, пока Керри, орудуя то ногами, то руками, не схватил что-то тяжёлое — металлический ящик под сиденьем — и с силой ударил солдата по голове. Солдат умер мгновенно
Тишина. Только шум мотора, треск под колёсами и тяжёлое дыхание.
Лекса, вся в крови, со рваным рукавом и рассечённой скулой, села на корточки, пытаясь отдышаться. Керри, потрясённый, смотрел на неё — и что-то в нём щёлкнуло.
Он схватил тот же ящик и, не раздумывая, изо всей силы ударил её по лицу.
— Прости, — выдохнул он.
Лекса не издала ни звука. Только голова мотнулась в сторону, и она рухнула набок, потеряв сознание.