Товарищ мэр: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он положил трубку и снова посмотрел на меня.

— Ну, Женёк, и че делать с ней будем?

Я тяжело вздохнул, глядя на маленькую, ярко-красную машину у шлагбаума.

Я и сам не слишком-то знал, что с ней делать. Даму я эту не помнил, и тут как назло даже память Марочкина пасовала. Да и учитывая обстоятельства и репутационные потери, лишний раз с ней встречаться мне не желательно.

— Ну, для начала узнаем, что ей нужно, а после уже решим, — неопределенно ответил я, а подумав, добавил: — В любом случае от нее нужно как-то отделаться, дабы не подогревать скандал с разводом.

— Хочешь, можем сказать, что ты уехал куда-нибудь, — предложил Генка, — или, мол, еще в больничке лежишь.

— Нет, лучше с этим разобраться сейчас, — твердо ответил я. — Судя по всему, дама чем-то обижена, и настойчивости ей не занимать. Еще не хватало, чтобы она в разгар рабочего дня явилась скандалить в администрацию. Может ее на море отправить, сезон же вроде или в какой-нибудь санаторий на месяц-два?

— Санаторий? — гоготнул Вовка. — Анжелка да в санаторий — это ты конечно вымочил. А вот море можно. Мальдивы, Дубай, Бали?

— Это уже не море, а океан. А с нашими морями что приключилось? Высохли? Почему не Сочи или там Крым?

Генка снова гоготнул:

— Да Сочи и Крым по ценникам, знаешь ли, от океана порой не слишком-то отличаются. Тем более, сейчас сезон.

Я взглянул на часы. К семи должна приехать Кристина, весь вечер мы планировали готовиться к завтрашнему еженедельному совещанию. А значит, у меня есть двадцать минут, чтобы выпроводить незваную гостью. Мне почему-то не хотелось, чтобы Кристина решила, что я всё ещё поддерживаю любовную связь с Анжеликой.

Хотя какие там «почему-то»? Кристина мне нравилась, и далеко не только как ответственная помощница и профессиональный сотрудник, чего уж тут скрывать?

Вовка остановил наш «Москвич» вплотную к ярко-красной машине Одинцовой. Гена опустил стекло, широко улыбнулся, и коротким жестом показал, чтобы та сделала то же самое.

Стекло в соседней машине поползло вниз. Сначала я даже не понял, что увидел. На миг мне показалось, что в машине сидит Юля, только перекрасившаяся в блондинку: такие же большие губы, тонкий нос, густые Буренкины ресницы. Да они были практически близнецами. Но приглядевшись, все же заметил разницу: глаза были другие, лицо другой формы, а во взгляде читалась не свойственная Юле наивность и неуверенность.

— Ой, здравствуйте, Геннадий Петрович! — с наигранной детской непосредственностью обрадовалась она. — А вы случайно не знаете, почему Евгений Михайлович на звонки мои не отвечает? И сообщения не читает? Я как узнала про аварию, чуть не умерла! Вся извелась, а от него ни словечка, ни звоночка.

Гена лишь тяжело вздохнул, явно пытаясь сохранять спокойствие.

Я опустил окно со своей стороны.

— Добрый вечер, Анжелика, — вежливо, но отстранённо поздоровался я.

В глазах Анжелики тут же вспыхнула радость:

— Ой, Женечка, котик, вот ты где! Я так за тебя боялась! — Её голос был сладким до приторности, но при этом в нём слышались нотки обиды. — Почему котик не позвонил своей кисюше? Кисюша ведь очень скучала, плакала! Котик что? Заблокировал меня везде?

Я невольно поморщился. Ну и пошлятина. Даже неловко как-то стало, хотя вроде и слова предназначались Марочкину, а не мне. Может поэтому Марочкин и заблокировал ее?

— Анжелика, — твёрдым, холодным тоном обратился я к ней, — учитывая сложившиеся обстоятельства и скандал с разводом, вынужден быть с вами откровенным. В данный момент нам категорически не желательно встречаться.

Она замерла, растерянно округлила глаза:

— Котик, ты чего? Какие такие «вами»? Ты что своей кисюше…

Я не дал ей договорить, снова невольно поморщившись.

— Сейчас будет правильным, если вы на время уедете из города, — сказал я.

Она еще больше округлила глаза и явно хотела было возмутиться, но я, предвидя, что она скажет, ответил первым.

— Думаю, будет правильным, если вы уедете куда-нибудь на время отдохнуть, — деликатно предложил я. — До тех пор, пока скандал не уляжется.

Наивность в её глазах как ветром сдуло. Взгляд мгновенно прояснился, загоревшись знакомым хищным блеском.