Закончив выступление, немножко высокопарное, Орешников двинулся к выходу.
Нервы у слушателей сдали.
– Старик, мне тебя жалко! – расчувствовался ретушер Петя. – У меня есть предложение, которое всех устроит. – Лицо его стало лучезарным. – Вам не хочется сабантуй, вам не нравятся горы, тогда давайте купим вскладчину автобус, будем по воскресеньям ездить за город, ловить рыбу, пить вино…
– Петя! – с укором сказала Ира. – Вы можете подумать о чем-нибудь другом?
– Нет! – честно признался Петя и виновато посмотрел на Орешникова. – Старик, я хотел, чтоб всем было хорошо…
– Володя, извините нас! – сказал Полотенцев. – Но вы сами во всем виноваты.
– Володя, мы вас очень любим! – заверила Алевтина и поглядела на Калачева.
– Приходите к нам на новоселье! – пригласили Ира и Юра, которые в мечтах уже купили квартиру.
А Калачев встал с председательского места и пожал Орешникову руку.
Все сочувствовали Орешникову, жалели его, но это была бесплатная жалость.
Отодвинув шпингалет на окне, Орешников открыл его, вылез на улицу и растворился в снежной мгле.
Он вынырнул из снежной мглы возле сберкассы № 5288/0331. У Олиного окошка стояло несколько человек. Орешников занял очередь. Оля его не замечала. Когда голова Орешникова просунулась в окно, Оля растерялась от неожиданности.
– Добрый день, – дерзко сказал Орешников, делая вид, словно они никогда не ссорились. – Как жизнь?
– Спасибо, хорошо, – Оля быстро взяла себя в руки. Когда молодые люди говорят друг с другом излишне вежливо, это означает, что они в разладе.
– До чего же отдельные девушки обидчивы! – пренебрежительно сказал Орешников. Он и не думал извиняться и в разговоре старательно избегал обращения как на «ты», так и на «вы».
– Я нахожусь на работе, – сухо ответила Оля. – И не имею возможности вести посторонние разговоры с клиентами.
Орешников обернулся – сзади очереди не было.
– Я никого не задерживаю.
– Все равно!
– Это верно, – холодно согласился фотограф. – Я пришел по делу!
– Слушаю, – сказала Оля.
– Вот когда я принесу облигацию, ну, ту самую, сберкасса сразу же сможет выдать мне деньги?
– Поскольку речь идет о крупной сумме, облигацию полагается послать на экспертизу.
– Это длинная история?
– Придется потерпеть целые сутки! – не удержалась Оля.
– Это меня устраивает.
Задержка в выдаче денег действительно устраивала Орешникова.
– Сейчас у меня нет при себе облигации, так что я зайду попозже.
– Если облигация не окажется такой фальшивой, как некоторые, сберкасса выдаст десять тысяч, – ледяным тоном объяснила Оля.
– Если человек на работе, он не имеет права оскорблять посетителя. – Орешников пытался обратить все в шутку.