Мария растерла руками лицо. Словно паутину стирала, противную, липкую, гадкую…
– Тина, а КАК это должно выглядеть? Просто – как? Мой сын, нравится мне это или нет, от Иоанна. И дочь. И у них есть все права на Эрланд. Это у меня нет прав на загулы и любови, я не могу подвергать их опасности. Стоит кому-то только предположить, что маленький Алекс не от Иоанна…
– Все равно ж предположат.
– Знаю. Но если этому не будет подтверждения, рано или поздно злые языки утихнут.
– Сомневаюсь.
– Я тоже. Но есть и другие причины. Я не имею права подвергать Рикардо опасности. Вообще. Думаешь, Иоанн потерпит соперника?
– Никогда.
– И что ждет любого мужчину, которого заподозрят в связи со мной?
– Казнь.
– Вот ты и ответила на свой вопрос.
– А ты на мой не ответила. Нравится он тебе, так ведь?
– Нравится, – проворчала Мария, понимая, что вредная кошка не отстанет. Порода такая… пока все не выкогтит, не успокоится. – Только не вздумай ему об этом говорить, голову оторву.
– Слова не скажу.
Тина и не собиралась.
Рикардо сам все отлично слышал, даром, что находился далеко на мостике. Ветер просто был удачный, а двуипостасные, к чему не привыкла Мария, и видели, и слышали намного лучше обычных людей. А он так и вообще… наверное, у морских змеев особо чувствительные уши.
Он нравится королеве!
Она за него просто боится…
Что ж! Тогда – держись, Иоанн! Будете жить рядом, да и пусть! Но свою женщину я тебе не отдам! Найду как устроиться, надо только убедить Марию, что не стоит волноваться за здоровущего морского змея.
Он ей нравится!
И Рикардо улыбнулся совершенно идиотской улыбкой влюбленного человека.
– Ваше величество, – в эту минуту Рэн Тори склонялся до земли перед Саймоном Картенским.
Бертран повторил его жест.
– Ваше величество…
Саймон взмахнул рукой, разрешая им подняться.
– Присаживайтесь, эрр Тори, исс Тук. Феликс написал мне, умоляя вас выслушать. Есть нечто, что он не рискнул доверить бумаге… что это?
Мужчины переглянулись. Посмотрели на телохранителей.
– Ваше величество, насколько вы им доверяете? – вежливо поинтересовался Бертран.
Саймон поднял брови.
Наглость, конечно. Но… это исс. И видно, что спрашивает он не из пустого любопытства.
– Я доверил им свою жизнь. Этого мало?