Право крови: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– А ты понимаешь… если хоть одно слово, я тебя потом своей рукой удавлю?

Колючка только рукой махнул. Куда и привычная дурашливость делась?

– Понимаю. Так что я могу для тебя сделать?

Письмо полетело ему в голову. Колючка поймал на полпути, прочитал, присвистнул.

– Однако…

– И только?

Шут задумался. Замолчал, крутя в руке погремушку. Та тихонько потрескивала, но это не раздражало.

Пожалуйста, ну пусть это все будет вранье? Пусть он сейчас скажет, что это подлость, наветы, что наговор?

Пожалуйста…

Колючка спрыгнул со стула, подошел к Иоанну, протянул ему письмо.

– Не знаю, что и сказать. Ты понимаешь, что тихо это все проверить не получится?

– Ты сам ничего не замечал?

Колючка потер лицо руками.

– Вот что. Пойду я, поспрашиваю кое-кого из придворных дам. Осторожно, чтобы ни слова, ни звука… Ты кому это поручить хочешь?

– Эрру Торгану.

– Хороший выбор. Его люди во дворце сейчас на дежурстве, могут сказать, кто проходил, куда проходил… только лучше пусть про Расмуса спрашивают, не про королеву.

– Думаешь, я совсем дурак?

Шут только рукой махнул.

– Умные мы, что ли, когда любим?

И исчез за дверью.

Иоанн опустился на стул. Даже чернильницей в шута кинуть не захотелось. И то… умные ли мы, когда любим?

Нет.

Дураки, круглые и довольные, которые во что угодно поверят, лишь бы любимый или любимая не оказались негодяями, лишь бы не предали нас, не покинули, лишь бы, лишь бы…

И сидишь, как дурак, и умоляешь то ли богов, то ли самого себя… ну не может ведь быть так? Не могут же тебя вот так, по-подлому ударить в спину? Ты же этому человеку доверился, ты же для нее все сделал, только что звезды с неба не достал! А она?

Мысль о Марии ударила с оттяжечкой, словно кнут палача, Иоанн даже застонал от боли.

А ведь и правда.

Какое-то время назад Мария на него смотрела с таким ужасом… ей тоже больно было. Когда он с Дианой в кабинете целовался, а Мария плакала, а потом ушла.

И безнадежность.

Столько безнадежности было в ее движениях, ее слезах… Она поняла, что для нее все кончено.

А он?