Черт, это бы влегкую объяснило ее непотопляемость, и что ее приставили к бывшей жене, и… Но принцесса?!
Да быть такого не может!
Ее же не титулуют, и почтения не оказывают, и не… скорее, какая-нибудь незаконная. Надо полагать, прошлая Мария об этом знала, а Маше – откуда?
– Ааааа…
Розабелла подошла вплотную, прижала руку к горлу…
– Мария, мой внук…
Позади эрры Розабеллы выросла тень, расползлась по комнате, перехватила вторую ее руку.
– Ваш внук, эрра, о да!
Глухо звякнул об пол клинок.
– А?! – еще глупее сказала Мария.
Эрр Расмус развернул эрру Розабеллу к себе и с маху съездил ей в челюсть. Та и мяукнуть не успела – улеглась на пол, раскинув ноги.
– Простите, ваше величество. Душа просила.
Мария только головой помотала, глядя на этот сюр. На придворную даму на полу, на кинжал с тонким острым лезвием… подозрительно темным лезвием, явно чем-то нехорошим его испачкали, на эрра Расмуса, который на три шага отступил и теперь выглядел, как падший ангел – для невинного и не падшего у него окраска не та.
– Что тут происходит?!
Рикардо явился как нельзя более вовремя. Правда, ревновать не стал, явно тут не дела любовные. Да и так не стал бы.
Мария наконец обрела дар речи.
– Вот и мне бы хотелось знать, что тут происходит. Эрр Расмус, не разъясните ли?
– С удовольствием, ваше величество. Эрра Розабелла хотела вас убить.
– Меня? За что?
Расмус развел руками.
– Тут много всего, ваше величество. Вы позволите начать чуточку издалека?
– Да.
– Со смерти Дианы.
– Да, – хоть и неприятна Марии была рыжая дрянь, но мертва же? Вот и пусть ее. Сильно нагадить она не успела, а по мелочам – Бог простит. Не было бы Дианы, Иоанн другую девку нашел бы. Не она тут проблемой была, а Эрсоны и Иоанн.
– Сейчас, только вот эту связать бы…
Рикардо кивнул. Снял ремень и ловко увязал эрру Розабеллу так, что та и не дернулась бы. Явно опыт есть – с пиратами так приходилось? Она потом расспросит.
– Слушаем, – головы он не поднимал, но уши-то свободны.
– Я знал Диану. Она никогда не покончила бы жизнь самоубийством. Никогда, ваше величество. И я узнал, что в тюрьме она переспала с тюремщиком, и собиралась сказать, что беременна… она бы смогла забеременеть, наверное.
Мария не стала это комментировать. Жить хотелось рыжей, чего тут неясного? А жить захочешь – еще и не так раскорячишься.
– Я стал узнавать… оказалось, что всегда рядом с ней была эрра Розабелла, и я подумал, может, именно она виновата или что-то знает? Я сменил облик и принялся следить за ней. Следить, читать ее переписку, подслушивать разговоры…