Отца у него нет, так что официально его должен короновать предстоятель, это можно сделать в центральном храме. Да и королеву признать официально.
Во-вторых, королева наверняка нервничает. Пока в дорогу соберется, пока вернется… А вот когда она заявится, довольная, под это дело у нее и попросить можно милости для своего рода. Валент даже и не сомневался, что Мария своего добьется.
А кто?
Нет других претендентов, часть их сами Эрсоны и извели, Виталис постарался. А вторую часть…
Ихорас, гадина! А ведь таким скромным казался! Таким безобидным!
– Ты на Конклав поедешь? Королева берет тебя с собой?
Эрра Розабелла качнула головой.
– Нет. Я остаюсь дома. Последнее время мне сложнее. Королева мне так не доверяет, как раньше.
И раньше-то не доверяла, просто считала безобидной дурой. А сейчас, может, и считает, но к себе не подпускает. Так что…
– Я подожду. А потом ты устроишь мне встречу с ее величеством.
– Да.
Эрра Розабелла допила вино и ушла. А Валент остался сидеть и думать о своем будущем.
Если королева согласится его выслушать, это будет уже приятнее.
Согласится ли?
Брат Тома впервые оказался в таком положении. Когда его просто начали бить, может, и ногами, он просто не знал, чем именно. Не спрашивая ни о чем, вообще не разговаривая, даже не вынув кляпа и не сняв мешка. Разве что в живот не били.
Еще тошнить начнет клиента, задохнется…
А требуется просто слегка «отбить мясо» перед тем, как им займется повар.
Палач?
В том-то и дело, что палачом брата можно было и не запугать. Палач был ему знаком. А вот боль, неизвестность, страх… могло это сработать?
Могло!
Что с Аруасием? Где он?
Брат Тома и знать о том не знал да и не задумывался. Сейчас все его мысли были только о спасении своей шкуры.
Только вот никто с ним разговаривать не собирался.
Избив несчастного монаха, похитители бросили его в углу, словно тюк с тряпьем, и вышли вон. Тома лежал, пытался отдышаться и подсчитывал свои раны и синяки. Он бы спросил, сказал… да он бы много чего мог сделать! Только вот никого не интересовало, что он может сказать, в нем словно бы вообще не видели человека. И это было самым страшным.
Про обитателей клеток, к которым брат относился примерно так же, он и не вспомнил. Увы.
Аруасий вытер нос и исподлобья посмотрел на мужчину, который с ним договаривался.
– Ну что – сдержал я слово?
– Да. Возьми. Куда тебя доставить?
Аруасий, который до последнего не верил, что его отпустят и дадут денег, вдруг ощутил на ладони тяжесть кошелька.
– А…