Спал и жрал он уже вместе с остальными крысами, да и крысята его по дворцу уже бегали наверняка. Крысы размножаются быстро…
Винс утратил разум мгновенно, но Расмус пока еще держался, и это было для него самой страшной карой. Может, Винс был слабее, может, камень выплеснул все, что накопил за столетие, а благословения Многоликого тему даровано не было, крыса на эту тему не задумывалась.
Она просто бежала вперед.
Куда?
Зачем?
Там – знают.
Вот в этом крысиный разум был уверен абсолютно и бесповоротно. Там все знают, его поймут и разберутся. С кем? С чем?
Неважно! Надо просто туда прибежать… и все будет хорошо. Наверное.
Мария сидела на троне.
Первый раз в чине регента. Так и хотелось добавить: регент и запевала, и пенсне поискать. Ах, Михаил Афанасьевич, не поймут здесь юмора, не знают тут вашего произведения. И даже если Мария его напишет… она ведь многое помнит, все равно никто и ничего не поймет. Ни советского строя, ни всего прочего… да и не надо местным такие идеи подкидывать. У них тут пока королевская власть, она от богов, пусть так и остается. Не будет же Мария своим детям свинью подкладывать? Еще «Капитал» написать предложите.
Сидела, выслушивала уверения в самой глубокой почтительности от придворных, едва не зевала. Где вы раньше-то были, лизоблюды? Никто голос не подал, когда Иоанн ее гнобил!
Никто!
А теперь она бодренько развесит уши под лапшу и согласится, что ее тут все так ценят, так уважают… ага, два раза!
Может, от скуки, Мария и почувствовала быстро что-то неладное. Начал согреваться на груди алый камень, стремительно теплеть, пульсировать… что с ним? Такого раньше не было!
Не взорвется?
Но прежде чем Мария успела его снять и откинуть в сторону, на середину зала выскочила… крыса?
Крупный пасюк, размером с таксу, может, даже и чуточку побольше.
Он забавно сидел на задних лапах, вертел во все стороны мордой и почему-то не убегал. И смотрел прямо на королеву.
– Ах ты ж… – не выдержали нервы у какого-то стражника.
– Отставить! – команда была здесь незнакома, но Мария так рявкнула, что стражник сначала вытянулся во фрунт, а потом уже сообразил, что это королева. – Не трогать!
Что самое интересное, крыса даже и не пошевелилась.
Эрр Феликс, который присутствовал в зале, но держался подальше от ее величества (еще не хватало им сплетен про картенские происки и захват власти через картенку-королеву), вышел вперед.
– Ваше величество, вы дозволите?
– Нет, эрр Феликс.
Мария подняла руку предупреждающим жестом, встала с трона и сделала шаг.
Крыса не дрогнула, не пустилась убегать, как того можно было ожидать от дикого и неразумного зверька. Вместо этого она вдруг кинулась вперед, к самым туфелькам королевы, припала к зеленому шелку и жалобно запищала, явно на что-то жалуясь.
В зале было так тихо, что писк слышался идеально, во всех его концах.
– И что мы имеем? – поинтересовалась Мария, больше для окружающих. – Слишком крупную и умную зверюшку, которая и не думает бояться человека, а вместо этого пытается говорить. А значит… именем Многоликого!
Прозвучало весьма убедительно.
И полыхнул на груди королевы алый кристалл, напоминая присутствующим еще раз – благословение! А боги таким не разбрасываются!