Они шли дальше по аллее, где фонари отбрасывали вытянутые пятна света на дорожку. Саша повела плечами, будто ей стало зябко. Даня ничего не сказал, только чуть приблизился, сокращая расстояние между ними. Его рука задела ее руку, и он ощутил, как мышцы у нее напряглись. Она сделала вид, что не заметила.
— Как тебе район? — спросил он, не сводя с нее глаз.
— Хороший. Спокойный, — ответила она, глядя под ноги.
Даня заметил, как ее пальцы сильнее сжали стаканчик, и невольно усмехнулся. Напряжение, которое она так тщательно пыталась спрятать, выдавало ее с каждым движением. И это ему нравилось. Каждый ее жест был сигналом: она помнит все, просто не хочет признать.
У входа в магазин Даня протянул руку и забрал у нее пустой стакан. Их пальцы соприкоснулись. Подняла на него глаза, и он уловил в этом коротком взгляде растерянность, которую она тут же спрятала, отвернувшись.
Внутри магазина все прошло быстро: филамент, комплект винтов, новое сопло. Саша была собранной и деловой, уверенно проверяла список, держалась так, будто между ними нет никакой истории. Даня шагал рядом, смотрел, как она выбирает упаковку, как нахмуривает брови, сосредоточенно читая маркировку на коробке, и ловил ее взгляд всякий раз, когда она случайно поднимала глаза.
Когда они вышли обратно на улицу, Даня привычно придержал дверь и позволил ладони скользнуть чуть ближе к пояснице девушки. Саша едва заметно вздрогнула, но шагнула вперед так, словно ничего не произошло.
На обратном пути он чуть замедлил шаг, позволяя ей идти первой. Смотрел на ее профиль, на мягкую линию шеи, на то, как волосы в хвосте выбивались тонкими прядями и цеплялись за воротник кардигана.
Саша изо всех сил держалась за свою нейтральность. Он видел в ее взгляде, в ее движениях, что она играет. И собирался проверить, сколько еще она выдержит.
Глава 13
Обратная дорога ощущалась иначе. Легче, спокойнее, будто между нами больше не висели невысказанные вопросы. Даня шел впереди, плечи непривычно расправлены, на лице играла теплая улыбка, из-за которой уголки глаз чуть сужались. Если бы не катушка филамента и коробка с винтами, можно было подумать, что мы возвращаемся не из магазина, а с обычного свидания.
Вечерний воздух был наполнен запахом влажной листвы и асфальта, остывающего после дневного зноя. Прогулка перестала казаться частью работы и обернулась маленьким личным событием. Мы дошли до подъезда слишком быстро: я только успела уловить ритм его шагов и поймать пару коротких взглядов, будто он проверял, не отстаю ли я и не потерялась ли в собственных мыслях.
В квартире стало светлее, когда я щелкнула выключателем на кухне. Даня поставил коробку и катушку на стол, но не притронулся к ним. Он отошел, остановился у двери, оперся плечом о косяк и, слегка приподняв губы в улыбке, наблюдал за тем, как я убираю блокнот со стола в рюкзак. В этой тишине не было неловкости, она походила на паузу, в которой можно спокойно собрать мысли и решить, что значит прожитый вечер.
— Завтра утром начнем модель? — легко спросил он.
Я застегнула рюкзак и подняла на него глаза. Его лицо оставалось расслабленным, улыбка — чуть теплее, чем обычно.
— Да, — ответила я и смутилась.
Он кивнул и прищурился, словно проверяя, не задержу ли я его для чего-то еще.
— Тогда завтра утром.
— Завтра, — подтвердила я.
Мы вместе отправились к коридор, и Даня замедлил шаг, подстраиваясь под меня. Я остановилась у своей двери, и он чуть повернулся, будто собирался что-то добавить. Слова не прозвучали, только внимательный взгляд задержался дольше, чем обычно.
— Спасибо за помощь сегодня, — сказала я негромко. Фраза прозвучала слишком личной, как будто мы провели не вечер за работой, а нечто большее.
Он улыбнулся шире, слегка наклонил голову.
— Мне понравилось. И проект, и сам вечер.
Я почувствовала тепло в щеках и отвернулась, открывая дверь своей комнаты. Хотелось спрятать улыбку, чтобы он не подумал, будто я слишком легко поддаюсь.
— До завтра, — добавила я, стараясь вернуть голосу привычную серьезность.
— До завтра, — ответил он.
Но когда я сделала шаг в комнату, его ладонь легла на край двери и не дала ей закрыться.
Я остановилась и ощутила, как внутри все сдвинулось, словно привычный ритм сердца дал сбой. Пальцы сильнее сжали ручку двери, и металл в ладони показался холоднее, чем был на самом деле. Это движение выглядело мелочью, но именно оно выдало тревогу, которую я пыталась удержать внутри.
Даня не сдвинулся с места. Он по-прежнему стоял спокойно, но его ладонь на двери не позволяла ей закрыться, а значит и мне не позволяла отстраниться. Он словно нарочно оставлял этот зазор — не только в дверном проеме, но и в пространстве между нами, будто давая мне право самой решить, приближусь я или нет.
— Я что-то забыла? — спросила я. Ровно, но ирония, которую я хотела вложить, показалась слишком легкой, будто я сама в нее не верила.