Слова прозвучали спокойнее, чем я ожидала. Я не уходила в детали, не расписывала копейки, но подача получилась цельной.
Он кивнул. Его взгляд сместился к Бутеру. Кот уже забрался на стол и в этот момент с царственным видом уселся прямо на мой блокнот, закрыв половину схемы своим хвостом. Даня вытянул руку, с легкостью подцепил кота двумя пальцами за лопатки и перенес на стул. Движение было точным и уверенным, без суеты. Бутер моргнул недовольно, но подчинился и остался сидеть, изображая страдальца.
Чай остыл. Я сделала глоток, почувствовала теплую горечь мяты и поставила чашку на блюдце. Даня поднялся.
— Откуда ты это все знаешь? — задала я вопрос, постеснявшись спросить о его профессии прямо.
— Часто сталкиваюсь, — уклончиво отозвался Даня.
На столе завибрировал его телефон. Он перевернул его экраном вниз и заглушил звонок, даже не взглянув на номер. В этой короткой паузе я успела собрать распечатки в стопку, выровнять их ладонью и почувствовать, как пространство кухни снова стало моим.
Даня сделал шаг к двери, но остановился, повернув голову.
— Могу глянуть вечером, что получилось. Если захочешь.
Он произнес это спокойно, не как обязательство, а как возможность, оставляя решение за мной.
Глава 11
Работа затянулась до самого вечера. После разговора с Даней утром я почти не поднимала головы от ноутбука: схемы, цифры, заметки, новые строки в блокноте. Время растворилось, я успела допить чай, потом вторую кружку, и даже не заметила, как кухня постепенно погрузилась в полумрак. Лампа над столом горела тускло, и свет от экрана ноутбука бил прямо в глаза, отчего буквы и линии начали сливаться в один бесконечный серый шум.
Я потерла лицо ладонями и откинулась на спинку стула. В голове шумело, виски гудели. Казалось, еще немного — и цифры окончательно сплетутся в непонятный клубок.
Даня за весь день почти не появлялся. Лишь пару раз прошел мимо, забрал себе кружку кофе и исчез обратно в свою комнату. Я уже привыкла к этой тишине, и потому даже вздрогнула, когда услышала шаги за спиной.
— Ты хоть иногда делаешь перерывы? — его голос прозвучал спокойно, но я уловила в нем легкую улыбку.
Я повернула голову. Он стоял рядом, облокотившись о косяк, взгляд скользнул на экран ноутбука, а потом на меня.
— Иногда, — пробормотала я и устало выдохнула. — Только толку мало. Все равно не понимаю, почему детали не сходятся.
Он шагнул ближе, наклонился и посмотрел через мое плечо. От этого простого движения мне стало не по себе: я почувствовала его близость слишком остро. Сердце тут же ускорило ритм, и я сделала вид, что сосредоточена на экране, хотя едва могла думать о цифрах.
— Боже, — произнес он с нарочитым ужасом. — Где ты откопала такую древнюю версию программы? На таких уже сто лет никто не работает.
Я фыркнула и нарочно резко щелкнула по клавише.
— Чем богаты, тому и рады. Между прочим, в институте у нас стояли именно такие версии, и никто не жаловался.
Его брови чуть приподнялись. Он тут же сменил тон — в голосе появился интерес, будто я случайно выдала что-то важное.
— У тебя уже есть высшее? А куда поступаешь?
Я замялась. Слова сами вырвались, а теперь обратно их не вернуть. На миг стало неловко, но пришлось продолжить, словно это было частью обычного разговора.
— Второе образование. Экспериментальная программа. Там цифровая архитектура, инновации… В общем, обещают практику вместо бесконечной теории. Пришлось вспоминать все, что раньше проходили вскользь.
— Понятно, — протянул он.
Взгляд его задержался на мне чуть дольше, чем нужно. В нем мелькнула легкая усмешка, будто Даня что-то для себя сложил в картину. Но вслух ничего не сказал. Только снова повернулся к экрану. — Ладно, показывай, что именно не сходится. Может, подскажу.
Я подвинула ноутбук ближе к нему и ткнула пальцем в схему.
— Вот здесь должна быть втулка. Она вставляется в это гнездо. По расчетам и размерам все идеально, а в симуляции либо болтается, либо вообще не лезет.
Он склонился чуть ниже, прищурился, но даже не дотронулся до тачпада.
— Давай сама кликай, — сказал он. — Я просто посмотрю рядом, что ты делаешь.