Я снова открыла расчеты, начала сверять размеры. Но чувствовала — его взгляд на мне. Не на экране, а на моих руках, на том, как я нажимаю клавиши, как держусь, когда нервничаю. Пальцы тут же начали путаться, и я сбилась на мелкой цифре. В груди подскочила злость на саму себя.
Я вздохнула громче, чем хотела, и сжала мышку так, будто могла силой заставить ее слушаться.
— Вот, смотри, тут везде три десятых припуска. Должно идеально сходиться, — сказала я, постукивая пальцем по экрану.
Он наклонился ближе, задержал взгляд на цифрах и чуть усмехнулся:
— А здесь у тебя диаметр, а тут радиус. Получается, припуск считаешь по-разному. Вот тебе и ошибка.
Я замерла, смотря на экран, и внутри сразу вспыхнуло раздражение — на собственную невнимательность, на то, что часами билась над задачей и не заметила такого.
— Черт, — пробормотала я и быстро внесла исправления. — Глупая ошибка.
— Нормальная ошибка, — заметил он ровно. — Это и есть рабочий процесс. Поставь на печать маленькое кольцо, проверим исправление на деле.
Я подняла голову, удивленно взглянув на него:
— Ты предлагаешь напечатать прямо сейчас?
Он пожал плечами, словно это было очевидно, и кивнул в сторону своей комнаты:
— А зачем еще мне принтеры, если их не использовать?
— Но это стоит столько…
— Не важно, — отмахнулся он. — Пойдем, покажу, как отправить модель в печать.
Любопытство вспыхнуло мгновенно.
— Ладно, — сказала я, поднимаясь. — Только показывай не слишком быстро.
Он усмехнулся и жестом пригласил за собой.
Мы прошли в его комнату, и я увидела настоящую мастерскую. На столах стояли два принтера, рядом — аккуратно разложенные катушки пластика, инструменты, коробки с деталями. На стене висела полка с банками и коробочками — все выстроено так, будто каждый предмет имеет свое место.
— Выбирай цвет, — сказал Даня, указывая на катушки. — Белый или серый?
— Белый, — ответила я, с интересом наблюдая, как он ловко устанавливает катушку и запускает программу.
Через пару минут принтер ожил. Сопло двинулось по столу, пластик тонкой линией лег на поверхность, и тихое жужжание наполнило комнату. Я замерла, следя за процессом. Было в этом что-то завораживающее — будто на моих глазах идея превращалась в вещь.
— Вот так это работает, — сказал он спокойно и, заметив мой взгляд, слегка улыбнулся.
Я молчала и смотрела, ощущая странное спокойствие: мы стояли рядом, плечо к плечу, и мир свелся к этой тонкой белой дорожке на черной поверхности стола.
— Что обычно слушаешь, когда работаешь? — спросил Даня после паузы.
— Классическую музыку без слов. Она не отвлекает, — ответила я и достала наушники. Подумав, протянула один ему, второй оставила себе и включила плейлист.
Мы стояли рядом, слушали одну и ту же мелодию и смотрели, как растет деталь, будто маленький фокус совершается у нас на глазах.
Минут через пятнадцать кольцо было готово. Еще через час и втулка. Я осторожно подняла кольцо и примерила к ней.
— Идеально, — выдохнула я, не скрывая удивления.
— Конечно, идеально, — усмехнулся он. — Когда не нервничаешь, все получается.
Щеки вспыхнули жаром, я спрятала взгляд, делая вид, что слишком сосредоточена, чтобы реагировать.