А он еще не знает… Что с мамой… Он мог бы помочь… Но помощь уже не нужна.
Как бы не недолюбливал мальчик Ксорха, он почему-то был уверен, что маму тот защитит. Но в эти три дня, — как раз, когда все случилось, — Охотник ни разу не показывался у матери.
Немного потолкавшись с другими детьми, Зур'дах выбился вперед, чтобы видеть площадь и происходящее на ней. Стража стояла по ее краям, не давая пришедшим матерям и другим детям случайно ввалиться внутрь.
Ксорх…
Теперь к троице стоящих возле гонга Охотников присоединился шаман — татуированный с головы до ног лысый старик, а его под руку поддерживал молодой преемник. Именно шаман отвечал за церемонию жребия, правда это было скорее формальностью — главная роль была не у него.
Едва шаман встал и поднял руку — моментально наступила тишина.
— Пришло время. — негромко сказал он, но его услышали все, — провести ритуал Жребия.
— Наш предок спит, — продолжил шаман, указывая рукой на место в полу под собой, — под нами всё еще бьется его сердце. Мы можем только поддерживать его сон, не допуская окончательной смерти. Но для этого нужны цветы забвения и сейчас как раз наступил период их цветения. Пора отправить наших детей добыть их. Выжившие по древнему обычаю станут Стражами, как доказавшие свою доблесть и удачу.
Зур'дах, тем временем, перетаптывался с ноги на ногу. Стоять на площади, хоть и в толпе других детей, под кучей перекрестных взглядов, было тяжело. Шаман продолжал что-то говорить, но Зур'дах даже не слушал. Нечто подобное, с небольшими отличиями, он слышал и в прошлый раз, поэтому сейчас было неинтересно. От тесноты толпы детей начинала кружиться голова.
Слишком душно. — подумал он.
Бам!
Раздался удар гонга, а вслед ему голос шамана.
— Начинаем. Перед вами два камня. — показал шаман квадратную каменную подставку, где сидела старуха, возле которой лежали два камня: одинаковых, круглых, гладких, отполированных до зеркального блеска.
Старуха перевернула их пузом кверху. На одном был выбит круг, на другом — крест.
— Кхара, — наш Жребий, — крутит-вертит камни. Как только она останавливается — вы выбираете камень. Попадется с символом круга — отправитесь домой, с крестом — вас будет ждать Испытание. Всё ясно?
Дети кивнули и что-то нестройно прогудели в ответ.
В этот момент старуха открыла свои глаза. Зур'дах инстинктивно вздрогнул. Жуткое зрелище. Вместо глаз внутри были вставлены два камня. С такими же символами, как и на камнях, лежащих перед ней: на правом — круг, на левом — крест. Ее старые руки легли на камни и перевернули их гладкой стороной кверху. Чтобы ни один ребенок не увидел, где какой камень.
Шаман вышел немного вперед и указал на случайно выбранного мальчишку из первого ряда.
— Будешь первым.
Тот бодро вышел вперед и остановился пред камнями. Старуха тут же начала их крутить невообразимо быстрыми движениями. Миг — и ее руки замерли в воздухе, останавливаясь.
— Правый, левый? — спросил шаман.
Мальчишка указал на левый.
— Значит, левый. Кхара, переворачивай. — проговорил шаман.
Старуха, услышав его, протянула руку и перевернула камень. Там оказался круг.
Мальчишка облегченно вздохнул и отправился прочь с площади.
Шаман уже ткнул в следующего. Старуха вновь закрутила камни и Зур'дах понял, что не может уследить за ее движениями. Ловкость ее рук поражала. Как в этих узловатых, костлявых, но подвижных руках сохранялась подобная скорость пальцев — было непонятно.
Гоблиненок же внимательно следил за каждым ребенком, который подходил к центру и выбирал камень.
Правый. Левый. Правый. Левый. Кто-то выбирал наугад, кто-то пытался следить за руками старухи, кто-то долго думал, и лишь потом озвучивал свой выбор, но итог был один: кому-то везло, кому-то — нет. Выбравший крест ребенок отходил в сторону, к шаману, выбравший круг — возвращался к толпе вокруг площади.
Очередь Зур'даха наступила не скоро. Пока он ждал, то успел и заскучать и устать. Ноги затекли, пришлось их расхаживать. Хоть всё и происходило быстро — делов-то, подойти и выбрать камень, — время тянулось медленно. Очень медленно. И духота, стоявшая везду вокруг, лишь делала ожидание еще более невыносимым. Слишком много гоблинов на квадратный метр. Слишком много. И никакого прохладного ветерка, который бы принес свежий воздух.
Когда палец шамана указал на Зур'даха, тот сразу даже понял, что показывают на него.